- Благодарю вас, элли,- сказал эльф, учтиво поклонившись, - удачи на дороге!
Добрину запрягли в повозку, покрытую плотной тканью, которая была натянута на плотно сбитые доски. Вследствие чего повозка напоминала цыганскую кибитку. Внутри был деревянный настил, покрытый ковром и какой-то диванчик, задрапированный льняным полотном. Спереди у повозки были приторочены козлы для извозчика, к которым была прикручена лестница из двух ступенек.
- Благодарю Вас, - кивнула я купцу, - и вам всего доброго. – Тиль, в повозку, - обратилась я уже к собаке, запрыгнув на козлы. Тиль разлёгся на диванчике внутри, я уложила вещи, и мы тронулись в путь.
Лошадка послушно трусила по дороге, Тиль спал, сладко посапывая, я смотрела по сторонам. Вскоре мы добрались до городских ворот, и, заплатив пошлину стоимостью в четыре кюэля, выехали из Гринхольма. Впереди нас ждали новые города и приключения.
Глава 7. Остановка в Блюменвилле
Когда мы проехали по дороге миль пять. Я остановила Добринку и повернулась к Тилю.
- Дед, может, ты пока превратишься обратно в тролля? Поговорить хоть будет с кем, всё равно в повозке тебя не видно.
- Ладно, ладно, - закряхтел тролль, - спрашивай.
- Дед, долго нам ехать до следующего города? Я не умею обращаться с лошадьми. Добрина смирная лошадка, идёт себе по дороге, умница. Но дальше-то что? Её ведь кормить-поить, запрягать-распрягать, чистить надо. Я совсем ничего этого не умею, - расстроилась я.
- Ну, не вешай нос, Флёр. Следующий город - Блюменвилле – часов через пять будет. Встанем на постоялом дворе, там за Добриной нашей присмотрят конюхи. Всё сделают. Между прочим, в это время года в Блюменвилле проходят турниры: состязания на мечах, рукопашный бой, эльфы-лучники соревнуются тоже. Призы хорошие дают. Хочешь посмотреть? – сменил тему дед.
- Ты ещё спрашиваешь. Конечно, хочу! – ответила радостно я. А, можно мне купить платье и новое бельё? Ещё туфли…
- Купишь всё, что захочешь, девочка. Едем, - согласно кивнул дед.
Часа через два мы сделали привал. Поели вкусностей, привезённых из Гринхольма, и дали лошадке отдохнуть. Потом дед сказал:
- Скоро будет город, значит путники и повозки часто будут встречаться, обращусь-ка я в пса.
- Дед, а разве тебе нельзя в своём обличье по улице разгуливать? Ведь Тролльхольм и Эльфигория теперь единое государство? – недоумевала я.
- Видишь ли, девочка, - начал объяснять дед, - с тех пор как тролли владели Тролльхольмом, много воды утекло. Наш народ почти вымер, троллей мало осталось, о нас очень редко вспоминают в этих краях. Да и вид у нас слишком…э-э… неприглядный. Посмотри на эльфов – они все такие…как куколки. Теперь посмотри на меня – каменная гора, поросшая мхом, да и только! Нечего здешний народец пугать. Поехали, внуча. – И дед снова превратился в собаку, лёг на диванчике в повозке и задремал.
Теперь по дороге на Блюменвилле нам действительно чаще стали встречаться повозки и пешие эльфы. Еще часа через три показался и сам город, окружённый высокой резной изгородью. То там, то тут на ней висели виноградные гроздья, тянулся плющ. Остановив лошадь, я поприветствовала стражников:
- Доброго дня, господа стражники! Сколько стоит проезд в Ваш чудесный город?
- Доброго дня, элли, сегодня в городе праздник, поэтому за вход – пять кюэлей.
Я заплатила.
- Хорошего дня, элли! – пожелали мне стражники. И наша повозка въехала в город.
Блюменвилле был и правда чудесным. Высокие, аккуратно подстриженные деревья утопали в цвету. Их ароматы кружили голову. На площадях поблёскивали струями воды и позолотой фонтаны. Пели птицы. Порхали бабочки. На улице играла музыка торжественная и бравая. Между домами висели растяжки с пригласительными надписями, зазывающими на турнир. На здании Ратуши красовались королевский герб и флаг с изображением Золотого дракона, держащего на передних лапах эльфа в короне.
Недалеко от Ратуши я приметила трёхэтажное здание с узорчатыми балконами и резными ставнями на окнах. Вывеска на здании гласила: «Гостевой дом Самюэля». Подъехав к зданию, я обратилась к привратнику: