После вкусного ужина мы обсудили дальнейший план и график передвижения. Рассмотрев карту, купленную в Хорстенхолле, дед сделал на ней отметки, которых нам следовало придерживаться во время поездки. Далее на пути следования нам должен был встретиться зачарованный лес и минеральная речка. Обсудив все нюансы, мы свернули карту. Дед поставил навес для сна. Солнышко стало клониться к закату, и мы сели на бережок озера любоваться пурпурным небом. Коштарх наловив кузнечиков и наевшись ими до отвала, прилетел к нам и сел мне на плечо. Хина ломэ подрос и больше не помещался целиком на моей голове, да и тяжеловато стало держать его тушку. Этой ночью вызвался дежурить дед. К тому же он решил воспользоваться случаем и наловить в озере рыбы. Мужчины, пожелав спокойной ночи, ушли ночевать под навес. Мы с коштархом легли спать в повозке. Добринка тихонько щипала траву, которая росла тут в изобилии. Наш лагерь погружался во тьму и тишину. Были слышны лишь тихие всплески воды, когда Каботор вылавливал пойманную рыбу. Питомец улёгся на моём животе и, согревая меня своим тельцем, совсем как домашний кот, тихонько урчал во сне. Последняя мысль, которая промелькнула в полусонной моей голове, была о счастье.
Глава 33. Ночное представление фавнов
Вдруг я услышала тихий звон колокольчиков. Сначала я подумала, что это во сне, но открыв глаза и выглянув из повозки, увидела следующее: вокруг озера водили хоровод фавны* (* Фавны – лесные духи, которые являются покровителями пастухов и рыбаков. Им нравится веселиться, танцевать и играть на музыкальных инструментах). На запястьях у некоторых из них болтались браслеты из бубенчиков, другие играли на флейтах или маракасах. Все они двигались в такт мелодии, выполняя подскоки и повороты внутрь круга и наружу. Те, у кого были на запястьях колокольчики - держали руки над головой и хлопали в ладоши. Зрелище было завораживающим, мелодия - гармоничной и очень нежной.
Я поискала глазами деда. Он стоял покалено в воде и ловил на самодельную удочку рыбу. Рыба часто клевала, и Каботор то и дело вытаскивал её, снимал с крючка и бросал на лежавшую на берегу рогожу. Рыба была необычной. То есть необычной она была, наверное, только для меня, так как я такую никогда ещё не видела. Это были большие рыбины с крупной цветной чешуёй, ярко розовыми плавниками и голубыми глазами. Наловив достаточное количество рыбы, дед поднял края рогожи так, что улов оказался в импровизированном мешке, и, взвалив мешок за спину, вышел на берег. Фавны перестали танцевать, похлопали в ладоши, и слегка поклонившись, растаяли в воздухе.
Тихонько пробравшись к костру, я присела рядом со стариком, и, глядя на то, как он раздувает огонь, негромко спросила его:
- Дед, что это было?
Каботор, повернув лицо в мою сторону, ответил:
- Это были фавны. Они помогли мне наловить вкусной озёрной рыбы. Иначе мои усилия пропали бы зря. Не в каждой воде можно ловить рыбу. Иногда можно уйти с рыбалки без улова. Особенно, если озеро волшебное, как это. Поначалу в воде я обнаружил только пиявок, которые нещадно сосали кровь, впившись в мои ноги. Но потом, я призвал Духа Озера и попросил его дать мне немного рыбы, чтобы поесть самому и накормить своих друзей. Дух Озера благосклонно отнёсся к моей просьбе и вскоре эти добрые фавны уже кружили вокруг меня в своём танце, а чудесная рыба «Голубоглазая Радуга» охотно ловилась на крючок. Я сдержал обещание и поймал столько, сколько нам нужно, не больше. Сейчас почищу рыбку и зажарю на костре. Ты ведь не против жареной рыбки, а, Флёр? Да и питомец твой не откажется от такой вкуснятины, - улыбался в бороду дед.
Я вернулась к повозке, улеглась на диванчик и закрыла глаза, а в голове моей всё ещё играла лёгкая музыка фавнов, напоминающая тарантеллу. И слышался тихий звон колокольчиков.