– Неужели вызывают?
– Сначала отвезите меня домой, – предупредила Вика, но Власов выставил вперед руку, призывая ее к тишине, глядя на экран старенького телефона.
– Власов, – ответил он.
Он чуть приподнял брови, слушая звонившего, чертыхнулся и соврал, что находится дома, но, конечно же, подъедет. Затем быстро убрал телефон в карман и поторопился к выходу.
– В чем дело?
– Скорее, пора сваливать отсюда. Семибратова отпустили. Звонила Ким, говорит, адвокат приехал среди ночи, предупредил, что без обвинения мы не имеем права держать его дольше положенного. Черт! Неужели уже двое суток прошло?! Скорее же, он скоро будет здесь. Спрячетесь в моей машине, я дождусь его, отдам ключи адвокату или ему самому. Хоть бы успеть!
Паника сначала мягкими лапами накрыла Вику, затем сжала ей шею, снова к горлу подступила тошнота. Он едет домой? Значит, они могут столкнуться?
– Вика, сейчас не время терять голову!
За дверью послышались голоса.
Едва занесший руку над дверной ручкой Власов, отпрянул.
– Балкон, – прошипел он, – спрячьтесь там, и не высовывайтесь. Я вытащу вас оттуда, главное, чтобы он ничего не заметил.
– А вы? – спросила Вика, открывая дверь на кухне, ведущую на открытый балкон, захламленный разве что не санками.
В этот момент открылась дверь, на пороге появился Семибратов. Вика выглянула через стекло и с силой сжала ручку двери, поняв, что, как бы ни пыталась ее память стереть его лицо, она узнала бы его везде. Он не сильно изменился с тех пор, как она видела его на суде. Все тот же сутулый худой человек с гладким черепом, лишенным волос. Но лицо было еще более измождено, двухдневная небритость делала его худым, будто он переболел тифом. Следом за ним в квартиру вошел уже знакомый Вике Иван. Вблизи он показался Вике просто огромным, а рядом с щуплым зэком и вовсе был похож на отъевшегося медведя. Удивление на его лице было будто за двоих, в то время как Семибратов выражал лишь негодование и злость.
– Так и знал, что застану вас тут, – прогрохотал он. – Увидел вашу машину на улице. Снова обыскиваете? Без ордера?
Власов, как ни в чем не бывало, сидел на краю тумбочки. Его слов Вика не сумела расслышать, до нее доносился только бас адвоката. В первое мгновение Семибратов застыл, его взгляд забегал по коридору, будто он что-то потерял, затем сосредоточился на следователе. Вика видела, что его губы, как и губы Власова шевелятся, но что он говорили, она тоже не сумела расслышать. Вика решила, что нагловатый следователь наверняка солгал, что надоело ждать на улице, потому он и поднялся наверх. Понятное дело, что ему не поверили ни Семибратов, ни его адвокат. Она видела, как он передал ему ключи на связке, что-то сказал, на что Семибратов усмехнулся, открыл дверь и выпроводил обоих, затем закрыл ее на все замки. Вику охватил очередной приступ паники. Она на чужом балконе, в доме предполагаемый преступник, который не переставал преследовать ее. Что, если он найдет ее там? Вика принялась лихорадочно соображать. Это был всего лишь второй этаж, можно было попробовать слезть. В квартире стояла тишина, но стоило ей сделать шаг в сторону балконных перил, как кухня озарилась светом. Вика присела. В проеме окна появилось лицо Семибратова. Казалось, он что-то обдумывал. Он уже успел заглянуть в комнаты, увидел бардак и теперь пытался понять, с чего начать уборку. Так подумала Вика, но ошиблась. Его мысли занимало что-то иное. Он приблизился к окну, вглядываясь в огни на улице. Все его внимание было поглощено дорогой перед домом, и сидящую в тени девушку он не видел. Затем он отошел от окна и поставил стул у шкафа с банками и крупами, куда Вика заглядывала несколько минут назад. Вика чуть привстала, чтобы видеть, что он задумал. Он принялся отвинчивать решетку вентиляции. Вика замерла с открытым ртом, ожидая, что он вытащит оттуда ее фотоаппарат, но это был маленький сверточек в целлофановом пакете. Он раскрыл его, перед глазами Вики на мгновение мелькнул какой-то синий предмет. Флешка! Вика едва не подскочила на месте. Два обыска и никто не додумался заглянуть в вентиляцию.
Снизу под балконом послышались голоса. Она присела снова в тень и прислушалась.
– Вы знаете, я сообщу вашему начальству, что вы были в квартире без разрешения ее владельца, – пробасил Иван.
– Валяйте. Я сообщу куда надо, что вы рассказали своему подопечному, где живет человек, которого он преследовал и едва не убил. Ваша профессиональная этика уже под вопросом. Обсуждать с подозреваемым подобные вещи… Не ожидал от вас.
– Это чушь, не докажете.
– Вы единственная ниточка между Гончаровой и Семибратовым. Вы знали, в чем он обвинялся, и от своей жены знали, кто поселился в особняке напротив.