- Жаль, если уедет. Я буду по нему скучать, но если ему там будет лучше, то с радостью пожелаю ему удачи, - ответила я Маше, но тут же сама задала тревожащий меня вопрос: - Как ты думаешь, Моторин мне позвонит?
Подруга сделала последний глоток молочного коктейля, отставив бокал в сторону, и философски изрекла:
- Может, позвонит, а может - и нет.
Я даже слегка возмутилась:
- Да ты как в воду глядишь! Сама бы ни за что не догадалась.
- Зачем зря тебе давать надежду? Мой тебе совет – забудь, если позвонит – будешь рада, если нет – то не расстроишься по крайней мере, - подруга встала из-за стола и сказала: - Пошли лучше, приглядим мне новый комплект нижнего белья из последней коллекции.
- Зачем он тебе?
- Я, между прочим, в положении, если ты не заметила, - подруга выразительно посмотрела на свой выпяченный вперед живот. – Вдруг мне станет плохо, и скорую придется вызывать. Начнут меня откачивать, а там – бабушкины панталоны и доисторический бюстгальтер?!
Позволить Машке опозориться в глазах сотрудников скорой медицинской помощи я не могла, поэтому, прихватив вещи, проследовала в магазин вслед за неутомимой подругой.
Глава 10
Решив, что у меня скоро разовьется косоглазие, я, в который раз, покосилась на темный экран телефона. Ни скупого звоночка, ни жалкой смски. Все прошедшие две недели я кидалась к мобильнику как умалишенная, в надежде получить сообщение от Алексея, который молчал как партизан. «Наверное, занят напряженными тренировками и плотным графиком матчей», - успокаивала я себя, в душе ругая свою гордость и одновременно глупость, благодаря которым сама не попросила его номер. Ну, что ж, чудес в жизни не бывает, поэтому вместо весточки от красавца спортсмена, я получала многозначительные сообщения от Боброва, ввергающие меня в полное отчаяние и растерянность. Мой потрясающий ухажер предлагал вместе с ним отправиться в чарующие дали уникальной выставки берестяной грамоты или посетить концерт органной музыки с участием хора монахов мужского монастыря горного Алтая. И почему у всех вокруг нормальные парни, за исключением меня. Даже у Анжелики, с прескверным характером которой я уже успела познакомиться за время работы в журнале, толпа поклонников, заваливающих её корзинами цветов и другими подарками.
Словно читая мои мысли, оторвав от созерцания телефона, в кабинете раздался голос «Королевы отдела», как Лику называли за спиной другие сотрудники редакции.
- Что это? – Анжелика ткнула указательным пальцем в аккуратную коробочку с бантом, пристроившуюся без разрешения хозяйки на её столе.
Таня отвлеклась от монитора, пояснив Анжеле:
- В обед забегал Боря из отдела продаж, так и не дождавшись тебя, оставил печенье к чаю.
Вместо улыбки, лицо Королевы отдела озарила злобная гримаска:
- Этот нищеброд опять эту дешевку притащил?! – Анжела схватила коробочку, одним взмахом руки выкинув её в урну, стоящую рядом со столом. – Он что, слов не понимает? Пожалел денег на нормальный швейцарский шоколад?
Таня только хмыкнула, вернувшись к работе, а я всё также недоуменно продолжала разглядывать эту девицу с повышенным уровнем самодурства. Милое личико было готово улыбаться только VIP-клиентам редакции, директорам рекламных агентств и владельцам отелей, тогда как несчастный Борис, обивающий пороги нашего кабинета пять раз в неделю, не удостаивался даже подобия хорошего отношения, а всё из-за автомобиля отечественного производства и отсутствия богатых родственников. Но ему надо было отдать должное – несмотря на отвратительное поведение Анжелики он не сдавался, ежедневно терпя ругательства из пухлых губок его «ангела с рожками». Вероятно, все мои мысли отразились на лице, потому как Анжела, недобро взглянув в мою сторону, спросила: