«Эта артиллерийская батарея находилась примерно в 1000 метрах к юго-западу от штаба противника. Я сделал поправку и снаряды накрыли ее очень быстро. Как только снаряды начали взрываться в районе цели, я накрыл огнем весь хребет, потому что орудия были рассредоточены примерно на 500 метров. Используя тепловизор, мы плотно накрыли их позиции и больше не слышали выстрелов с той стороны. Всего по району целей произвели 297 залпов. Мы покинули наблюдательный пункт и на всякий случай очень осторожно направились обратно к «Джемини». Запустив моторы ушли обратно в море, к кораблю, двигаясь по компасу, так как туман стал очень густым. Нужно было держать связь по рации и использовать радар корабля, чтобы нас вели на последнем отрезке пути.
По возвращении провели разбор операции и решили несколько проблем, плотно позавтракали и отбились.
В радиоперехвате, который мы получили вернувшись на «Интрепид», сообщалось, что два офицера убиты, двое ранены, два дома и склад разрушены.»
Погода была довольно спокойной, по сравнению с двумя ночами ранее, в Фокс-Бей, но с плотным морским туманом. Операция Ника была хрестоматийной версией того, что я добивался в Фокс-Бей и не могла пройти лучше.
Глава 9
Выживание
До службы в армии я полагал, что современные технологии улучшили положение солдат. Апокалиптические сцены Первой мировой войны с грязью, холодом, водой в окопах, людьми, промокшими насквозь в течении недель в Крыму, и эпическое зрелище армий людей, закутанных в плащи, пытающихся спать на голой земле в ночь перед битвой. Это была история, эти лишения остались в прошлом… верно?
Когда в 1971-м году я, молодой и наивный, поступил в Королевскую военную академию в Сандхерсте, меня удивило, что нас учат рыть окопы. Неужели современная война не продвинулась дальше этого? Они должны были быть достаточно глубокими, чтобы в положении стоя голова была ниже бруствера. Два фута ширины (0,61 м) и два метра длины, плюс подземное пространство для одного человека, чтобы спать под вызывающей клаустрофобию защитой двух футов земли над головой. Мы учились «зачищать» огромную территорию от дерна, затем быстро копать, разбрасывая выкопанное, затем покрывать все обратно дерном, маскируясь, чтобы не выделяться на фоне остальной части склона. С ночными патрулями, чтобы проверить нашу способность ориентироваться, выносливость и лидерство, а также развить нашу способность обходиться без сна. Мы жили неделями (не могу сказать, что счастливо) в этих сырых, грязных дырах.
Траншеи остаются единственной (и самой дешевой) защитой от артиллерийского и минометного огня, одной из своеобразных и неизбежных норм (возможно, самой базовой) военной жизни.
Кто-то суммировал учения в Сандхерсте, по-моему очень точно, как «бесконечный марш к невыкопанной траншее…»
В следующей главе описывается операция «Брюэрс армс» ставшая, помимо прочего, упражнением в выживании. Днем нам приходилось исчезать в пологой, голой, как задница, заболоченной местности, которая была полностью пропитана водой. Поэтому, прежде чем продолжить, я хотел бы объяснить, как вы живете, когда промокли насквозь, замерзли, не можете двигаться при дневном свете, очень мало едите. В действительности, это фон для всего, что есть в этой книге.
Эти аспекты войны не могут быть изменены технологией вот почему, в конечном счете, именно качество солдат, а не их количество или качество снаряжения, решает исход.
Еда и сон, помимо пребывания в чистоте и сухости, были наиболее приятными и оттого важными и очень личными занятиями. Поскольку еда это «нормально», для нас в ней был элемент эскапизма. На кораблях можно было получить два приема горячей пищи на протяжении почти всех боевых действий. Эти приемы пищи, завтрак и ужин, подавались в темное время суток, когда не было воздушных налетов, и были вполне нормальными, хотя и приготовленными из консервов или сублиматов. Из-за опасности пожара от раскаленных печей и сковородок с чипсами, в течение дня еду не готовили. Это время мы существовали за счет «боевых закусок», например гамбургеров, хот-догов, сырных булочек, запивая все это бесчисленными чашками горячего сладкого чая и кофе из титанов, которые наполнялись примерно каждый час. Это, однако, было сущей роскошью, по сравнению с тем, что мы ели на операциях.
Британский армейский суточный рацион 1980-х, известный как «крысиный паек», был желанным для наших соотечественников в иностранных армиях. Они с радостью обменяли бы самые восхитительные деликатесы из своих собственных пайков на пакет «печенья сладкого» или небольшую банку «бекона гриль». Это удивляло британского солдата, который азартно собирает странные вещи, которые едят в других армиях. Однако через некоторое время становится ясно, что их еда, на самом деле, не так хороша как наша. Американцы ели странную смесь из коктейльных закусок и детской еды, датчане меняли меню каждые несколько месяцев, а голландцы просто давали слишком много еды, которую потом приходилось носить с собой.