- Да. И что я теперь бабушка.
И тут Катя достала телефон. И показала фото двух беленьких мальчиков, очевидно - сыновей. Сказала, что это Саша и Андрей.
Мама снова говорила с Катей по-русски. Очевидно, о чем-то просила. И это касалось Виктории. Она это почувствовала.
И теперь Тори было очень обидно, что она ничего не понимает. Потому что в голове был атомный взрыв! Сестра? У нее есть русская сестра? Все это время, пусть где-то в далекой России, хотя не в такой уж и далекой, у нее была старшая сестра?
Мама что-то спрашивала. Катя с чем-то соглашалась. Понятно, что договорились. Но о чем?
Потом сестра заторопилась. Виктория проследила ее взгляд. Наверху возле трапа стоял военный моряк и смотрел на Катю с такой нежностью и любовью, что у Тори защипало в носу. Она тоже так хочет! Стать вот такой красивой. И чтобы на нее смотрели такими глазами!
Мама не торопилась уходить с причала. Смотрела Кате в спину. Та вдруг обернулась. Посмотрела прямо на Викторию и помахала рукой. У Тори от новостей ноги подкашивались. Она выдала в ответ слабое подобие улыбки.
Глава 9
9.
Новость, что у неё есть старшая сестра, Виктория обдумывала очень долго. Она всегда переживала из-за того, что у неё нет ни братьев, ни сестёр. С Ингрид, у которой ещё три брата, сначала не поделилась. А вот матери устроила допрос. Почему она столько лет скрывала? Почему заставляла Тори думать, что она единственный ребёнок? Почему лишила их общения?
- Ты так сейчас похожа на Катю в твоём возрасте, - Вера не отпиралась и не отрицала свою вину, - Она тоже была такая высокая и худенькая. Нескладная, - проговорила как-то устало, без сопротивления. Мыслями она, видимо, была в прошлом.
- Она была такая? Как я? - Тори очень пристально оглядела себя в зеркало. Этого просто не могло быть. Чтобы вот из таких щепок, как она, вырастали красавицы. Ведь Катя - очень красивая. Так, может, и у неё есть шанс не остаться похожей на деревянную куклу с нарисованными светло-голубым цветом глазами.
Эта мысль чуть сгладила нервозность разговора. Мысли потекли в другую сторону. Как же мама жила все эти годы без дочери? Неужели не скучала?
- Почему вы не встречались?
- Мне сначала было обидно, что она выбрала не меня. Что уехала к отцу. Что не разделила мою мечту, - медленно заговорила Вера, обхватив себя руками за плечи, - Она отказалась менять фамилию. Не дала твоему отцу её удочерить. И уехала. Мне тогда казалось, что ей там надоест. Как когда-то надоело мне. Но ей там нравилось. В России. В Москве. А потом родилась ты.
Виктория почувствовала себя виноватой. Получается, что своим рождением она отняла маму у Кати.
- Я тогда была так счастлива! Мы с Петером очень долго тебя ждали. И ты была как солнце! И тогда я решила, что в этот раз точно не ошибусь. Что всё сделаю правильно. Просчитаю каждый шаг, чтобы моя жизнь была такой, как я хотела. С новой страницы.
Тори не могла понять, что же именно сама подразумевает под правильной жизнью. У их семьи жизнь была самая обыкновенная. Мало отличающаяся от остальных.
Новость, что у неё есть старшая русская сестра она поделилась с Ингридт. Та среагировала странно.
- Ты раньше не говорила, что русская. Папа считает, что они все дикие.
Тори даже обиделась. Во-первых, она-то русской совсем себя не считала. А во-вторых, ни Катя, ни её муж - военный моряк, дикими вообще не выглядели. Катя ещё и по-шведски свободно говорила. Ссориться с подругой Тори не стала. Пусть думает, что хочет. У неё самой дедушка из Пакистана. Бог знает, где это.
На то, что у мамы в речи все чаще проскакивают русские слова, стала реагировать проще. И даже переспрашивать, где было непонятно. В этом учебном году на русский уже не получится записаться. А вот в следующем она, пожалуй, попробует. Это будет даже прикольно.
Вера засобиралась в Россию ещё зимой. Разговаривала по телефону с каким-то мужчиной. Тори потом поняла, что это был отец Кати. Значит, первый муж её мамы. Тут Викторию кольнула ревность. Получается, что маме до сих пор нравится тот её первый. Но потом выяснилось, что Катин папа давно и счастливо женат. И у него кроме Катерины еще двое детей - сын Игорь, ровесник Тори, и младшая дочь Софья. И жена у него - учительница математики.
Остаться дома и не ехать в Россию был не вариант. Тори трусила перед поездкой. Поэтому резко и громко разговаривала с матерью. Вера же была погружена в свои мысли и даже почти не реагировала на выпады дочери. Просто непреклонно готовилась к поездке.
Виктория в самый последний день решила хоть как-то подготовиться. Информация полилась на неё из интернета нескончаемым потоком. Замелькали яркие картинки. Москва, Санкт-Петербург, Казань, Владивосток, Екатеринбург. Названия городов сложно было произнести. Но Тори попробовала. Вера, заметив её попытку, заулыбалась.
В Москве в аэропорту их встречала Катя. Такая же красивая. Даже в кроссовках и джинсах она выглядела для младшей сестры сказочной принцессой.
Отель оказался очень милым и комфортным. Рядом полно привычных фаст-фудных заведений. Но мама потащила Викторию и Катерину в странное место. Там подавали маленькие варёные пирожки с разными начинками. Вареники. Выяснилось, что мама тоже умеет их готовить.
Было заметно, что Катя нервничает. Она посмотрела на часы и довольно быстро уехала, оставив маму и сестру отдыхать.
- Ей надо кормить малышку, - объяснила Вера, - У Кати дочка родилась. Алевтина. Алечка. А ты ей, получается, тётя.
- Мы сможем её увидеть? - Тори чувствовала себя странно. Только что она старательно переваривала ощущения от положения младшей сестры. А теперь, оказывается, она чья-то тётя. Да, Катя ещё тогда на пристани показывала фотографии сыновей. Но тогда Тори почему-то никак не соотнесла этих мальчишек с собой. Им, получается, она тоже тётя. Удивительно!
- Да, мы их всех увидим. Через два дня. Завтра у нас есть дело.
Следующим утром они поехали на метро на вокзал. Виктория фотографировала, кажется, каждый столб по дороге.
- Тори, шевелись, на поезд опоздаем.
Они сели в пригородный поезд и ехали в нем около часа. Вышли на пыльном вокзале, возле которого торговали, кажется, всем на свете. Потом взяли такси.
Вера по-бабьи рыдала на могиле своих мамы и бабушки. Она не была здесь больше двадцати лет. Тори топталась рядом, не испытывая к похороненным здесь людям ровным счётом ничего. От этого ей было почему-то стыдно.
А вот Катины дети вызвали у неё полный восторг! Старший Андрей, средний Александр и крохотная Аля. Все светленькие и сероглазые. Вера, впервые увидев своих внуков, снова плакала. Но совсем по-другому. Гладила их и обнимала, что-то приговаривая по-русски. Виктории было очень жалко, что она не понимает, что именно.
Познакомились она и с папой Кати и его новой женой. Тори совсем не ожидала, что Ольга окажется ярко-рыжей, кудрявой, очень доброй и весёлой, не в пример их школьной учительницы математики фру Густавссон, больше похожей на гвардейца, чем на даму. Папа Кати смотрел на Тори с любопытством. Общаться приходилось на странной смеси английского, русского и жестов. Но Виктория поняла, что действительно похожа на Катю в детстве. Младшая Катина сестра Соня вместе с детьми общалась с Тори с огромным удовольствием. Как? Улыбками, жестами и школьным английским. А вот Игоря они не застали. Тот учится в Санкт-Петербурге и приезжает на каникулы только в середине июля.
Катин муж в этот раз был без военной формы. Просто в джинсах и футболке. Тори, если бы видела его впервые, ни за что не догадалась бы, что он морской офицер. Скорее уж киноактер. Но больше всего, как и в прошлый раз, Викторию впечатлило отношение Вадима к Кате. Бесконечная нежность во всем. Во взгляде, в жестах и словах. Даже если Тори не до конца понимала их буквально, но смысл эмоционально передавался очень точно.