— Мое имя, — сказал он. — Когда я получил это… жалкое тело, я потерял свое имя. Я записал его перед изменением, отрекся от него, чтобы меня не раскрыли, но не помню, где оставил его.
Эмбер решительно попробовала снова, направив как можно больше энергии к матери. Свет над головой потускнел, затрепетал, сухие волосы женщины из седых стали золотыми, потом платиновыми. Ее кожа разгладилась, губы стали розовыми, а щеки — румяными. Эмбер напряглась, руки дрожали, а ее мама стала красивой.
Джек охнул, узнав ее юное лицо.
— Элеонора?
Эмбер открыла глаза и убрала руки. Она подумала на миг, что победила, что ее мать была исцелена, но годы вернулись, хоть в этот раз медленнее. Она проиграла.
— Ты не знал, что Элеонора была матерью Эмбер? — спросил доктор у Джека.
— Я знал, что она была ведьмой, но вы не звали ее Элеонора, а фамилия Эмбер — О’Дэр, а не Дэр.
— Я думала, что ты забыл меня, — объяснила ведьма. — И я не хотела обременять тебя сильнее. Мы оставили имя Лорен, чтобы не путать народ здесь. Ты был почти все время без сознания на острове. «О» Эмбер дала блуждающий огонек, — она улыбнулась, а ее сияющие волосы снова тускнели и редели. — Она хотела оставить Эмбер кусочек себя.
— Доктор, — сказал Джек. — А вы не оставляли свое имя рядом со скелетом?
Его глаза расширились в надежде.
— Да. Это было возле деревни Элеоноры. Я сделал себе тело из мизинца убитого мужчины.
— Тогда… я знаю ваше имя! — взволнованно сказал Джек.
— Какое оно? — спросила Эмбер.
— Кроатоан.
— Кроатоан, — повторил доктор, имя отразилось от стен комнаты. Сильный ветер ударил по группе. Они услышали рев, и тело доктора растаяло на глазах. Искры энергии летали, собирались, а потом перед ними возникло большое существо. Его кожа была красной, руки и грудь — широкими.
Пропал толстый мужчина с зачесанными назад волосами. На его месте стоял великан с волосами цвета полуночи, что ниспадали волнами длинных прядей. В центре его лба был вдовий мыс, темные глаза хитро блестели.
Джек видел этот упрямый подбородок у Эмбер, ее глаза так же сияли, когда она была раздражена. Кроатоан взял Элеонору за руку, и годы пропали с нее, словно улетели перья. Она глубоко вдохнула, отбросила роскошные волосы за плечо. Пара обнялась, кромешник сжал ладонь хрупкой ведьмы. Его рука полностью скрыла ее ладонь.
Отец Эмбер пугал, но улыбнулся Джеку, и бывший фонарь чуть не скривился от яркости его зубов. Поразительно, как такое существо столько лет было заперто в облике доктора.
— Ты освободил меня, — прогудел он. — Взамен я одарю тебя. Назови желание своего сердца, и оно твое.
— Я… — Джек нервно сглотнул. — Тогда желание моего сердца — всегда быть с Эмбер, и чтобы вы благословили нас.
— Конечно, мы вас благословляем, — сказала милая мама Эмбер.
— Да, — согласился Кроатоан. — Но всегда быть с ней ты не сможешь. Я говорил тебе, что мне почти пять тысяч лет. Эмбер суждено прожить хотя бы половину этих лет. Ты смертен, и долгие годы одиночества ждут ее, если только…
— Если только? — сказал Джек.
— Если только ты не захочешь стать фонарем снова.
— Хочу, — сказал Джек. — Но моя тыква погибла.
— Тебе не нужна тыква, — ответил Кроатоан со смехом. — Тебе нужен Уголек. К счастью, один у тебя есть. И в этот раз ты будешь прикован к ней, — мужчина склонился и похлопал его по спине. — Ты точно этого хочешь? Она может оказаться куда строже Руна и меня.
Джек повернулся к Эмбер с улыбкой и опустился перед ней на колени. Взяв ее за руки, он сказал:
— Это самый лучший вариант для вечной связи.
— Так тому и быть, — кромешник хлопнул в ладоши, и часть души Джека вылетела из его тела, стала белой искрой и погрузилась в сердце Эмбер, где осталась до конца их жизней.
ЭПИЛОГ
Хэллоуин
Финни начал традицию. Он делился с жителями деревни историями про друзей, и их приняли с распростертыми объятиями.
В первый год он выбрал день, когда осенние листья усыпали землю, а пугала дрожали в полях. Это было любимое время года Эмбер. Финни поприветствовал Дева, Делию, Грейдона, Фрэнка, Эмбер и Джека в деревне с пиром и костром, чтобы отпраздновать, как они спасли мир смертных и Иной мир от прибора, что чуть не уничтожил их.
Эмбер прилетела на метле, принесла тете котенка, дрожащего сзади. Джек призвал Тень и проехал по главной улице, ноздри жеребца выпускали пар. Фрэнк увидел, что пугал детей, и дал им покататься на своих широких плечах, чтобы завоевать их. Эмбер угостила их шоколадными конфетами, которые всегда были в ее карманах, пока Джек показывал свой скелет. Грейдон стал волком и завыл на луну, Делия и Дев скалили зубы.