Та, что ночами приходила в грёзах,
Исчезла в состоянии души,
Вмиг растворяясь в жизненных курьёзах.
Покажется, что мысли ни о ком,
И что обида все надежды рушит,
Что не связались крепким узелком
Ещё недавно родственные души.
Не предавай жестокому табу
Всё, что найдёшь, и что потом погубишь.
… Ты только не кори свою судьбу
В тот самый миг, когда меня разлюбишь.
Последний автобус
Мороз крепчает, тусклая луна
Промёрзший светом в темноте искрится,
На лавочке зачитанный журнал,
И мелкий иней на его страницах.
По всей округе тихо — ночь грядёт,
Пустая остановка и дорога….
Автобус обязательно придёт,
Но, как всегда, задержится немного.
В морозной дымке фарами моргнув,
Я вижу, как спешит моя потеря.
Водитель, подозрительно взглянув,
Кивнул устало, открывая двери.
В салоне пусто. Сумку подтянув,
Кондуктор дремлет, не приметив "зайца",
Лишь девушка, прильнувшая к окну,
Подтаявший кружок разводит пальцем.
Спешу домой, и в городе большом
На улицах морозных нет затора,
И понимаю, как же хорошо
Надвинув шапку, слушать гул мотора!
Но, кажется, я тоже задремал,
Во сне гадая, почему мне снится
Забытый кем-то старенький журнал,
И белый иней на его страницах…
Песня нашей любви
Наташе…
Разыгрался январь, вот опять за окном непогода,
В стёкла бьётся метель, подвывает на крыше труба,
А мы снова с тобой вспоминаем прошедшие годы,
И листаем альбом, где на фото вся наша судьба.
Далеко-далеко, прикасаясь к небесному своду,
Пики горных вершин засыпали под жёлтой луной,
Песню нашей любви напевали байкальские воды,
И шумел «баргузин», нагоняя волну за волной.
Мы спешили пожить нашей жизни не зная итоги,
Потому что звала в побуждениях самых благих,
Наша светлая жизнь, что впитала в нелёгкой дороге
Ароматы цветов в тишине эвенкийской тайги.
Я тебе говорил, что однажды пройдём всю планету,
Обнимая меня, ты твердила, что я фантазёр.
Пропадала душа в разноцветьях ямальского лета,
Отражаясь судьбой в многочисленных блюдцах озёр.
Красота и любовь никогда не подвержены лести,
И не делит печаль всех людей на чужих и своих,
Мы не знали разлук, потому что всегда были вместе,
Потому что у нас бьётся сердце одно на двоих.
Разве это беда, коли в жизни штормит непогода,
И морозы трещат, и дожди беззастенчиво врут,
А в альбоме живут в фотографиях лучшие годы,
Где когда-то с тобой мы ушли в бесконечный маршрут.
Позёмка
Затянуты ставни морозной тесёмкой,
Сугробы, как сказочный плед….
В разгаре зима, и заносит позёмка
Прохожим оставленный след.
Под мёрзлую крышу из снежной накидки
Торопится пёс в конуру,
И петли случайно открытой калитки
Скрипят на холодном ветру.
Унылую песню поют дымоходы,
Наносы до самых дверей,
И скрыла природа от этой погоды,
Притихших в кустах снегирей.
Застыли деревья в зиме этой вечной,
На улицах нет ни души,
А мимо домов без оглядки, беспечно
Позёмка куда-то спешит.
Моя красавица
Пуржит зима, и небо хмурится,
Опять сугробы намело,
А ты идёшь по нашей улице,
И снова на сердце тепло.
Ведь ты могла судьбой-разлучницей
Пройти дорогою любой,
А ты идёшь по нашей улице,
И все любуются тобой.
Я жду всегда, когда появишься,
И промолчу, себя кляня,
Хочу сказать, как ты мне нравишься,
Но, жаль, не смотришь на меня.
Мне никогда с собой не справиться,
Перед тобой не устою,
И знают все, такой красавицы
Не отыскать в любом краю.
Пуржит зима, и небо хмурится,
И вот опять поёт душа,
Ведь ты идёшь по нашей улице,
Ой, до чего же хороша!
Дорога памяти моей
Дорога памяти моей
Назад всё чаще убегает,
Пусть нет тех старых тополей,
И на реке вода другая.
Ох, как я счастлив был тогда,
Когда её журчанье слушал,
Не понимая, что вода
Уже тогда лечила душу.