После этого он со смаком выругался по-сербски.
— Мы ваши спасители из Белграда, — сказал я на своём никаком английском.
— Я тоже из Белграда, — откликнулась худая и измученная светловолосая девчонка.
Я кивнул, но она кажется была под кайфом, потому что только улыбнулась и помахала мне рукой.
Мы забрали Багиру, сидевшую в запаркованной машине, и подъехали на своём автобусе к зданию полиции.
— Сейчас вы зайдёте внутрь, — инструктировала их Джейн. — Зайдёте в полицию и напишете заявления о том, что вас похитили и эксплуатировали. Сообщите все известные вам адреса и имена и потребуете, чтобы к вам вызвали консулов стран, из которых вы приехали. Вам поможет адвокат. Я вам обещаю, у вас будет дорогой адвокат. Бесплатно. Всё, девочки. Самое ужасное уже закончилось. Теперь — свобода и возвращение домой, к своим семьям. Будьте сильными и смелыми. Всё будет хорошо. Храни вас Бог. Косово — это Сербия! А, кстати, вот здесь кое-какие деньжата, разделите между собой поровну.
Мы высадили девчонок у полиции и быстренько рванули оттуда подальше. Заехали в крытый паркинг и, не открывая лица, быстро-быстро-быстро сделали ноги. Ну а потом естественно сбросили свои чёрные маскхалаты и рассредоточились и встретились у офиса Жени.
Пешком было не очень далеко. Там в паркинге находилась машина Джейн. Оттуда мы вернулись за машиной Чердынцева, отвезли её к отелю, в котором он остановился, бросили там и после этого уже направились ко мне в «Сент-Реджис».
Я решил, что Чердынцеву лучше жить рядом со мной, чтобы он всегда был под рукой. Номер мы забронировали ещё по пути. В отель мы приехали, когда ночь перевалила далеко за середину.
— Мы конечно сделали доброе дело, — сказал мне Чердынцев, когда Джейн пошла в туалетную комнату. — Но как это поможет нам в наших делах?
— Добрые дела, Александр Николаевич, нужно творить, не ожидая награды.
— Награды-то я и не ожидаю, — усмехнулся он. — Конкретно за это чрезвычайно благородное и, чего уж там, увлекательное мероприятие. У меня, кстати, до сих пор в ушах наковальни работают. Адреналина было сегодня в достатке. Так вот, за это я награду не жду, но хочу участвовать в разделе щегловского наследия. Полагаю, хватит ходить вокруг да около. Ты же не думал, что я буду подставляться исключительно ради восстановления справедливости или чего-нибудь подобного?
— Так вот, добрые дела нужно творить, не ожидая награды — повторил я и усмехнулся. — И тогда эта награда возможно придёт сама.
— И какой она может быть в нашем случае?
— Ну знаете, — развёл я руками, — сегодня клан Папакристи да и вообще все эти остатки Врачарцев очень сильно насолили узбекской мафии. И, честно говоря, размышляя о численности той и другой группировки, я прихожу к выводу, что Папакристи не поздоровится.
— Сербы наши братья, — покачал головой Чердынцев.
— Да, сербы братья и единоверцы, они любят нас, а я люблю их. Не лукавлю. Прекрасные люди, чего уж там, да вот только среди бандитов у меня братьев нет, кем бы они ни были.
Вернулась Джейн.
— Ну что босс, кажется мы неплохо повеселились сегодня, — подмигнула она и усмехнулась.
— Мне нравятся добрые, справедливые и весёлые люди, — улыбнулся я.
— Если бы кто-то мне сказал что я с какого-то перепугу буду заниматься такой хренью, какой мы занимались сегодня, — покачала головой она и всплеснула руками.
— А у тебя неплохой русский.
— Неплохой, я знаю. Может, потому что это мой родной язык?
— Да? Вот это поворот. Может быть, пропустим по стаканчику по этому поводу? — предложил я. — Вроде тут открыт бар на самой верхотуре. С прекрасным видом на роскошный, утопающий в огнях город. Кстати, один из самых безопасных городов на земле.
Она расхохоталась.
— А почему бы и нет? — ответила она, отсмеявшись.
— Ну тогда идём.
— А твоего папу мы с собой не возьмём?
Теперь засмеялся я.
— Папе нужно поспать, — ответил Чердынцев и нахмурился.
Мы поднялись наверх — бар действительно работал, правда посетителей было очень мало. Вернее, единственными посетителями были мы с Джейн.
— Слушай, — нахмурилась она. — А ты есть хочешь? Я лично проголодалась.
— Да, есть такое дело, — усмехнулся я. — Я бы не отказался червячка заморить.
Она кивнула и спросила у бармена, что у них есть из еды.
— Сорри, мадам… — ответил черноглазый и кудрявый представитель сферы обслуживания.
Я сразу всё понял.
— Слушай, — поморщилась Джейн, — не знаю как ты, но я их закусками и тупыми чипсами точно не наемся.
— Ну, может быть где-то в другом месте можно в это время поесть? Поехали, поищем.