— Можно… Есть такое место, — ответила она. — Правда, оно не такое шикарное как ты привык, быть может.
— Я? — засмеялся я. — Не сказал бы, что я привык к еде исключительно в шикарных местах.
— Тем лучше.
— И что это за место?
— Это моё место.
— Ну окей, а мне что, туда нельзя?
— Ладно так и быть, — подмигнула она, — в порядке исключения. Ввиду того что ты проявил себя очень даже неплохо в этот вечер. Хоть и безрассудно.
— Класс. И что же это за место?
— Ну… это мой дом, место, где я живу.
— О, как мило! Так что же мы ещё стоим? Побежали скорее! — засмеялся я. — Если хочешь могу, конечно, показать свой номер с видом на Дубай. На худой конец, опустошим мини-бар. Должно же там что-нибудь съедобное быть. Но я бы предпочёл поехать к тебе.
— Любоваться видом — для девочек, — усмехнулась она. — Мне нужен кусок мяса.
Мы снова помчали по ночному городу, который как бы тоже не спал, как и Москва. Правда, в гостинице поесть было нельзя. Ехали мы минут пятнадцать и оказались в паркинге современной высотки ближе к центру. Моря и собственного пляжа здесь не было, но в остальном всё выглядело очень даже симпатично. Яна жила на шестнадцатом этаже в просторной двушке.
— Там терраса, — махнула она рукой в сторону занавешенного окна во всю стену. — Здесь кухня.
Она кивнула на кухонную зону, отделённую от гостиной барной стойкой.
— Тут гостевой туалет, за той дверью ванная и моя спальня. Располагайся. Чувствуй себя как дома, но не забывай что ты в гостях.
— Ну надо же, — улыбнулся я. — Фольклор…
Она сбросила туфли и босиком прошагала на кухню.
— Помогать? — спросил я.
— Не надо. Мясо или рыба?
— Мясо.
— Молодец. Сейчас пожарю, у меня тут есть отличная телячья вырезка. Открой пока вина что ли. Думаешь, мы заслужили по бокальчику, а?
— Однозначно… А где вино?
— Вон, слева от тебя винный холодильник, видишь? Во встроенном шкафу.
Я заметил тёмное стекло с красивой подсветкой.
— Возьми что-нибудь на своё усмотрение.
Да уж, на своё усмотрение. На своё усмотрение я мог взять только что-нибудь грузинское или советское, типа «Токайского»… Я открыл дверцу. Судя по всему, здесь были только итальянские и французские вина.
— Белое или красное? — спросил я.
— Ну вообще-то, я к мясу предпочитаю красное, но, поскольку это телятина, то теоретически можно подобрать и белое, — крикнула она с кухни. — Если хочешь конечно.
— Нет, я за классику, — ответил я и взял, не рассуждая, первую попавшуюся бутылку.
— «Марина Кветик», — прочитала я.
— Подойдёт, — Яна засмеялась. — Только не «Кветик» а «Цветич». Думаю что в свете сегодняшних манифестаций о принадлежности Косова вполне подойдёт. Будем считать, что у нас тематический вечер.
— Это что, сербское что ли вино?
— Нет итальянское. Просто жену винодела зовут Марина Цветич. Хорошее выбрал, молодец.
На кухне кипела работа. Всё шипело, булькало и распространяло невыносимо прекрасные запахи. Пока Яна готовила, я осмотрелся.
Телевизора в гостиной не было, имелись только журнальный столик, встроенный шкаф, в который, в свою очередь, был встроен винный холодильник, полка с книгами, дизайнерский журнальный стол из целого куска стекла, покрытого с одной стороны серебром, как зеркало. Ещё здесь находился шикарный и довольно большой диван с красивой кремовой обивкой.
Я выглянул на террасу, а потом прошёл в хозяйскую часть, заглянул в её ванную. Там всё было практически в идеальном порядке. Единственной деталью, оказавшейся не на своём месте, были маленькие трусики, расшитые кружевными розочками. Они висели на держателе полотенца. Сушились. Я усмехнулся и прошёл в спальню.
Спальня была небольшой. Два огромных платяных шкафа и широкая кровать занимали практически всё пространство. Кровать стояла не заправленной, одеяло с одной стороны было откинуто. Рядом с кроватью лежали брошенные комнатные тапочки, нацелившие мыски в противоположные стороны.
Осмотревшись, я вернулся в гостиную. Подойдя к барной стойке, попросил открывашку для вина. Яна выложила барменский складничок, и я, повозившись с минутку, откупорил бутылку.
— Разлей по бокалам, — попросила хозяйка, выставляя на стойку два красивых бокала из тонкого стекла. — Немного, на одну треть. Пусть пока постоит, подышит, а заодно нагреется. А то в холодильнике ему было прохладно. Через десять минут всё будет готово. Салат, тальята из телятины. Ну и так помельче ещё чего-нибудь. Хлеба только у меня нет, но если хочешь могу дать рис.