Слева от фонтана собиралась толпа бывших курсантов, а нынче свежеиспеченных летех. И хотя в этот вечер военный патруль никогда не заглядывал на площадь в силу многолетней традиции, молодые люди были в штатском. Но даже в гражданской одежде узнать в короткостриженых стройных юношах выпускников военного училища не представляло никакой сложности.
Лобное место на ярко освещенном растровым фонарем пятачке прямо перед фонтаном пока пустовало. Молодые люди негромко совещались, кому же выступать первому, но никак не могли принять решение.
Нетерпение толпы нарастало, девушки нервно похохатывали, оценивая потенциальных женихов, и постоянно переходили с места на место, наверное, чтобы лучше их рассмотреть. Жидкие одиночные хлопки в ладоши зрителей с лавочек внезапно переросли в бурную овацию и нестройное скандирование.
Первому претенденту на девичье внимание не повезло, он долго и нудно рассказывал о себе, как он много и упорно учился, и не имел возможности познакомиться с хорошей девушкой для создания крепкой ячейки общества, и как нелегко придется жить молодому лейтенанту без жены в далеком гарнизоне. В конце концов в него полетели огрызки яблок и под громкое улюлюканье и обидные смешки ему пришлось покинуть ристалище.
В какой-то момент броуновское движение толпы отделило Таню от подружек и вытолкнуло на несколько шагов вперед. Как раз в тот момент, когда следующий юноша оказался на ярко освещенном пятачке.
Он был высок, строен, широк в плечах и неожиданно хорошо одет. Клетчатая ковбойка с расстёгнутыми верхними пуговицами, потертые узкие джинсы и пижонские белые кроссовки сидели на нем идеально.
- Милые, девушки, - приятным раскатистым голосом произнес молодой человек, - я буду краток. Вчера я получил направление в часть, расположенную на южной границе нашей Родины, захочет ли кто-нибудь из Вас разделить тяготы военной службы с молодым офицером? На крошечной заставе в горах?
Толпа вокруг Тани одобрительно зашумела.
- От себя обещаю горячую любовь, потому что кроме нее предложить больше нечего! – и он залихватски широко развел руки, предлагая объятия гипотетической избраннице, и прижал их к сердцу.
Неожиданный сильный толчок в спину заставил Таню сделать несколько шагов навстречу оратору и вступить в ярко освещенный круг. И тут же ее настиг шквал аплодисментов, одобрительного улюлюканья и радостных возгласов. Она беспомощно оглянулась назад, но толпа сомкнулась, отрезая путь к отступлению и ожидая продолжения.
Танин взгляд лихорадочно искал лица подруг, как всегда подсознательно ожидая от них помощи, а когда нашел, она увидела только растерянность и бесконечное изумление, да успела прочесть по Иркиным губам что-то вроде «…мать, ты что вытворяешь?»
А молодой человек уже оказался возле нее, взял за руку и развернул к себе, с неподдельным интересом заглядывая в лицо откликнувшейся на его призыв девушке. Тане стало казаться, что она спит, и это все дурацкий сон, и она сейчас проснется, потому что наяву с ней не могло приключиться ничего такого экстраординарного.
- Горько, горько, - скандировала разгоряченная толпа со всех сторон.
Тане хотелось провалиться под землю, но ей мешали крепкие руки молодого человека, обвившие талию и настойчиво прижавшие к твердой груди. Она подняла голову, взглянула в насмешливые глаза и зажмурилась.
Будь, что будет, пять минут позора и можно будет сбежать с освещенного пятачка. К разочарованию наблюдавших поцелуй оказался нежным и коротким, без картинного запрокидывания партнерши и долгого свадебного счета.
Она открыла глаза и он, по-хозяйски приобняв за плечи, тут же вывел ее из-под яркого света в прохладу июньской ночи, уступая место следующему желающему попытать нелегкого счастья выбора.
*************************************************
Следующий час прошел, как в тумане.
Сначала они куда-то бежали по темным улицам с редкими фонарями, а потом ехали на такси. И теперь Миша, так звали ее новоявленного жениха, целовал ее по-настоящему, «взахлеб», долго не выпуская из объятий. Таня вдруг замерзла и никак не могла унять предательскую дрожь.