— Это еще зачем?
— Ученые мужи спохватились, что в котловинах Эрга полно археологических сокровищ. Почему-то никто не беспокоился об этом, пока котловины не были затоплены…
Президент АСАР — Автономной Северо-Африканской Республики — не любил, когда его торопили, и Морган не собирался ломать его привычек. Что бы ни утверждали официальные документы, шейх Абдулла сосредоточил в своих руках такую власть и такие деньги, как никто другой на Земле. И что еще важнее, умел ими пользоваться.
Он происходил из семьи, где не боялись рискованных решений и почти никогда не сожалели о них. Первая и самая известная из семейных авантюр — вложение нефтедолларов в науку и технику Израиля. Это вызвало длительное, почти на полвека, негодование во всем арабском мире, зато в дальнейшем привело к рудникам на Красном море, к покорению пустынь и — много позже — к Гибралтарскому мосту.
— Не могу передать вам, Вэн, — сказал шейх наконец, — до какой степени ваш новый проект покорил меня. После тех передряг, какие мы рука об руку пережили за время строительства моста, я твердо уверен, что дай вам средства — и вы сумеете его осуществить.
— Благодарю вас.
— Но у меня возникло несколько вопросов. Например, мне неясно, зачем нужна пересадочная станция и почему именно на высоте в двадцать пять тысяч километров.
— По целому ряду причин. Примерно на такой высоте должна быть расположена главная электростанция, что само по себе требует возведения массивных конструкций. Затем, что ни говорите, а семь часов взаперти, в относительно тесной кабине, — это слишком долго. Разделение пути на два отрезка даст нам немало преимуществ. Пассажиров не придется кормить в дороге — они смогут перекусить и размяться на станции. Можно рационализировать устройство самих кабин: обтекаемость понадобится лишь тем из них, которые предназначаются для нижнего отрезка, остальные можно делать гораздо проще и легче. И главное — пересадочная станция будет служить прежде всего как диспетчерский и контрольный центр. В дальнейшем, мы уверены, она станет еще и центром развлечений и отдыха.
— Но почему станция не в середине пути? Двадцать пять тысяч — это две трети расстояния до стационарной орбиты.
— Совершенно верно — середина была бы на высоте восемнадцать тысяч, а не двадцать пять. Но существует еще и фактор безопасности. На этой высоте станция, даже если вдруг она потеряет связь со стационарным спутником, не упадет на Землю.
— Почему?
— Ее собственной инерции хватит на то, чтобы удержаться на устойчивой орбите. Разумеется, станция начнет падать, но останется за пределами атмосферы, а значит, в безопасности. Она просто-напросто превратится в космическую станцию на эллиптической орбите с периодом обращения вокруг Земли порядка десяти часов. Два раза в сутки она будет проходить в точности через ту точку, откуда начала свое движение, и впоследствии ее связь со стационарным спутником может быть восстановлена. По крайней мере, теоретически…
— А практически?
— Не сомневаюсь, что это осуществимо. И уж безусловно, ни персонал, ни оборудование станции не пострадают. Чего никак нельзя гарантировать, если разместить станцию на меньшей высоте. Любое тело, падающее с высоты меньшей, чем двадцать пять тысяч километров, не позже чем через пять часов войдет в плотные слои атмосферы и сгорит.
— Подозреваю, что пассажирам своих космических лифтов вы объявлять об этом не станете.
— Мы надеемся, что они будут слишком увлечены созерцанием величественных видов, чтобы задумываться о таких пустяках.
— Послушать вас, так вашей орбитальной башне суждено прослыть завлекательным туристским аттракционом.
— А почему бы и нет? Подумайте только, лучший высотный видовой лифт на Земле поднимается всего на три километра! Мы предложим кое-что в десять тысяч раз повыше…
Наступила продолжительная пауза — шейх Абдулла обдумывал услышанное.
— Мы упустили заманчивую возможность, — заявил он наконец. — Можно было соорудить пятикилометровые видовые лифты в опорах Гибралтарского моста.
— Что и было предусмотрено первоначальным проектом. Потом нас заставили отказаться от них по обычным мотивам — ради экономии.
— Пожалуй, тут мы допустили ошибку — они бы оправдали себя. Кроме того, я только что совершил еще одно открытие. Если бы эти ваши… супернити появились вовремя, мост обошелся бы, вероятно, вдвое дешевле.