- Я ни когда не…,- парень сглотнул, чуть облизывая кончиком языка пересохшие губы, наблюдая за поведением и реакцией рыжей на свой ответ. На записывающих артефактах этот брюнет находился в первых рядах вместе с теми, кто часто фигурировал в вылазках и попадался под слежку. Мелкие сошки, но уже показавшие себя. Третьеуровневые вампиры и даже несколько обычных людей. А этот новый. Этот другой. Внешне похожий на самого натурального вампира, он оставался чем-то странным.
Навязанная ему собеседница не ждала сотрудничества или откровений, не ждала веры в свои слова. Внимание ее было приковано к поведению пленника и тому, как он решит повести себя в дальнейшем.
Одна маленькая деталь в протоколе, который заводят на заключенных. Одна незаметная, казалось бы, строчка.
Девушка и ее сопровождающий напоминали своим видом аристократов или приближенных к ним. Они точно не были сотрудниками и явились из вне, а с тем вниманием, с каким рыжая взирала на мужчину, явились они исключительно по его душу. Он легко поймал пакет крови. Рефлексы остались на уровне, пусть тело и выглядит изможденным. Хорошо. Уже что-то. Но пить не торопился.
- Она чистая, - отозвалась девушка, не сразу поняв, что собеседник имеет в виду, - а... оу.. Ты...
Вампирша осеклась, сделала небольшую паузу и едва заметно наклонила голову в сторону.
- Ты не пил кровь?
Он снова посмотрел на пакетик крови, что был в его руке и слабо моргнул, вновь коснувшись кончиком языка пересохших губ. Разговаривать в его состоянии было сложно. Мало того, что их морили голодом и допрашивали, на грани пыток, так еще последние сутки после очередного допроса мимо их камер каждые минут десять-двадцать проходил охранник и железной дубинкой громыхал по прутьям заставляя проснуться от накатывающей дремы. Их изматывали и сводили с ума. Он слышал, как периодически начинали стенать в соседних камерах те, с кем его отправили в первую вылазку. А он? Внешне сильно напоминающий вампира третьего уровня, на самом деле таковым не являлся. Но и к обычным людям его нельзя было отнести. Тогда как его соседи уже изнывали от издевательств, он флегматично наблюдал за глумливыми надсмотрщиками из-за шторки своих волос из последних сил стараясь держаться в сознании. На новый разговор по просту было недостаточно сил. Даже с симпатичной дознавательницей. Моргнув, парень вновь посмотрел на пакетик крови в своей руке и перевел взгляд на рыжую. Она не совсем верно трактовала то, что он хотел ей сказать, но в целом с кровью попала в точку. Он ни когда не пробовал ее, так как у повстанцев были ограниченные запасы этого вещества, да и его собственный организм не ощущал в ней должной потребности. Но рыжей он хотел сказать о другом - он не был главным в этой вылазке. Командира размазало еще там, на подрыве. Классный был парень… Не робкого десятка, но с юмором. Бесславная смерть, если на то пошло. Молодой человек снова облизнул сухие, как знойная пустыня, губы и отрывисто кивнул в ответ на догадку рыжей о его пищевых потребностях. Не удержавшись, он все же зевнул, вяло прикрыв лицо свободной ладонью и снова посмотрел на девушку
- Я не пью кровь, спасибо.,- он непроизвольно сглотнул и добавил: - Командир погиб от взрывной волны.,- парень вялым движением руки откинул волосы назад, открывая симпатичное лицо с еще не до конца зажившими следами допроса. Однако, в правой брови у него висело колечко пирсинга, а в левом уголке губы маленькое полуколечко такого же пирсинга с чернением и следами запекшейся крови на разбитой губе. Зеленые глаза устало наблюдали за девушкой, намекая на то, что она может продолжать свои расспросы. Интересно, что даже свиной крови ему не давали, раз он так спокойно об этом говорит. Но, неужели его не мучает жажда именно в этот момент, когда кажется, что один глоток будет способен решить абсолютно все. Девушка вытащила второй такой пакет из кармана и вскрыла, оторвав пластиковую герметичную крышку, от чего пара капель оказалась на полу, наполняя помещение тонким ароматом, который способен учуять лишь вампир.