Что? Даже Мира готова ему подчиниться? Плохо дело.
Тимур закрыл дверь и сел на освободившийся стул.
– Тим, оставь нас, – приказал ему Макс.
– Ну уж нет, – его глубокий и бархатный голос окутал меня словно одеялом, – я не оставлю Мишу вам на растерзание. Давайте попробуем объяснить ей все без угроз и давления.
Я говорила, что Тимур – лучший парень на свете?
Он протянул руку и сжал мои пальцы. У него горячая ладонь, твердая и мозолистая. От этого короткого прикосновения у меня внутри словно переключили тумблер, и от бездействия организм за миллисекунды перешел в наступление, отчего пульс подскочил теперь уже точно до трехсот. Нужно было что-то делать.
Я быстро перебирала варианты: устраивать скандал было нельзя, Тимур не одобрит, да и выглядеть истеричкой не хотелось. Надо попробовать убедить Роберта. Шансов мало, потому что он упрям как осел, но стоит попытаться найти аргументы и надавить на нужные кнопки. Вот ведь гад, ни словом не обмолвился сегодня утром! Я вздохнула и вступила в переговоры:
– Роберт, давай не будем торопиться с промоушеном некоторых личностей, а сначала все спокойно обсудим. – Я соскользнула со стола и выпрямилась. – Без свидетелей.
– Миш, обсуждать нечего. Я все решил, – сказал Роберт жуя. Он нашел пачку печенья и отправил в рот сразу половину.
Макс ухмыльнулся, а Тимур сочувственно посмотрел на меня. Я облизнула губы.
– Ты ведь помнишь, что не являешься моим опекуном? – Мой голос был вкрадчивым и спокойным. – И что я совершеннолетняя?
– Ага, – кивнул Роберт, – но дела это не меняет. Макс присмотрит и проконтролирует, чтобы у тебя все было хорошо.
– А что у меня может быть плохо? – продолжала допытываться я.
Он отправил в рот вторую половину пачки и пожал плечами.
– Все что угодно. Я не хочу, чтобы ты болталась неизвестно где и непонятно с кем, а тем более вляпалась в историю.
– Ясно, – сказала я, – если обещаю, что буду паинькой и в девять буду лежать в кровати – это сможет повлиять на твое решение?
– Не-а. – Его глаза, такие же голубые, как мои, смеялись. Только вот мои мне нравились, а его глаза я ненавидела в эту секунду.
Придурок.
– Может быть, у меня есть право выбрать себе охранника? – Я с трудом сохраняла спокойствие, понимая, как Роберт сейчас развлекается. – Тимура, например?
Тот растерянно моргнул, и на его лице отразилось замешательство:
– Я бы рад помочь, Миш, ты же знаешь. Но уезжаю в Питер через неделю. У меня контракт с «Невой». Я хотел рассказать тебе не при таких обстоятельствах… – Он развел руками, и весь вид его выражал сожаление.
Черт. Мой гениально разработанный план с треском провалился, и, по-моему, я не смогла скрыть разочарование. Я знала: если Роберт попросил Макса присматривать за мной, то спорить с ним бесполезно. Его чрезмерная опека и страхи после смерти родителей душили. Он возомнил, что мне каждую секунду угрожает опасность, а во главе всех ужасов, которые со мной непременно случатся, стоит Мира. Поэтому вместо пустого спора мне в голову пришло единственное верное решение – выбрать Тимура.
Я заметила, как Роберт с Максом переглянулись и их плечи немного расслабились.
– Мы договорились? – спросил Роберт.
– Нет, – зло бросила я. – И не договоримся.
Разочарование от того, что Тимур, появившийся на секунду в моей жизни, снова уезжает, накрыло с головой. Стало ужасно себя жаль. Все, кого я люблю, покидают меня. Родителей нет, Роберт едет в Германию, Тимур – в Питер. А я остаюсь в Москве с единственным человеком на свете, который терпеть меня не может. С человеком, не способным подарить и капли тепла. Я знаю, как это будет, видела много раз, как он тренируется словно бездушная машина. Точно будет ходить по пятам и изводить меня.
Черт возьми!
– Будешь сопротивляться, – продолжал Роберт, словно говорил о погоде, – лишу тебя денег.
А вот это было хорошо. Свежо и небанально. Шантажировать меня деньгами от аренды бабушкиной квартиры Роберт еще не пробовал. Смотрю, он сегодня в ударе.
Я собиралась с силами и аккумулировала ярость, чтобы сказать ему все, что думаю о его идеях и методах, когда мой телефон моргнул и на экране высветилось оповещение.
Мира
Мы найдем, как обмануть систему.
Я перечитала сообщение. Покорность Миры явно была показной. Она наверняка подслушивала у двери. Подруга неплохой стратег, любит играть в шахматы и прекрасно понимает, когда нужно принести фигуру в жертву, чтобы потом сделать неожиданный атакующий ход. Я поняла ее мысль: Макс не Роберт, он не знает нас и не отдает себе отчета, на что мы способны. Да, пожалуй, стоит отдать пешку, чтобы успокоить соперника.