- Ну что же ты, сыночек. Давай нужно все доесть, я же старалась.
Убрав отвергнутую кашу с лица, она набрала очередную ложку.
- Съем за мамочку я ложку,
И за Бога, что на дне,
Только не в морском он дне,
И не в кратере вулкана,
Он в тебе живет на дне,
Где души начало…
Последние слова завершили ночную трапезу, и довольная Дороти убрала тарелку в сторону.
- Умница сыночек, силы тебе нужны, скоро ты будешь бегать как раньше, вот увидишь. Я знаю, что ты сожалеешь о своем поступке. Но помни, мама всегда будет на твоей стороне. Мама всегда тебе поможет.- Она взяла сына за руку, не заметив на тыльной стороне ладони маленькие укусы, которые потихоньку кровоточили.
- Отец наш я прошу прощение, за сына своего, за грехи, совершенные им, за боль причиненную и за жизни несчастные, что оборваны были. Ты уже наказал нас сполна, склонись же милостью на нас, да отчисти души наши. И ниспошли благодать свою, и забери нас к себе в нужный час, а мы верой и правдой служить будем. Аминь.- Закончив молитву она поцеловала сына в лоб, но никаких изменений на его лице не было, все тот же пустой взгляд в темноту.
-Отдыхай сынок, а я пойду, мне рано вставать и помни мама всегда рядом. И никто тебя у меня не заберет.
Дороти забрала пустую тарелку, получше укрыла сына, пригладила растрепанные волосы и погасила лампу направляясь к лестнице. Оставив Флойда наедине со своими верными друзьями, которые никуда не уйдут.
2
4:00.
Предрассветные часы, самые таинственные, в воздухе витает дух романтизма. Солнце еще не поднялось, а природа находится в состоянии покоя и никогда не знаешь, что принесет тебе этот день.
Двести девятый зашел в часовню, где находился проповедник, в ожидание хороших новостей.
-Что скажешь?
-Два отряда вернулись, осмотрели ближайшие окрестности леса, но ничего не нашли, поиски продолжаются.
-Поторопитесь, это всего лишь мальчишка, жалкий сопляк, который в жизни не видел ничего кроме маминой юбки, а вы не можете его найти!
-Мы бросили все силы сер…
-Значит этого недостаточно!
-Хорошо… но с ним же бог…
-Да он и не удостоит его даже словом как ему мерзко находится в этом жалком и никчемном теле! Я начинаю сомневаться в вас. Может я поспешил, сделав тебя своим приспешником, в мире которого мы так ждали!
-Нет. Простите сер… Я буду стараться еще усерднее. Я докажу вам.
-Мне нужны поступки, а не слова.
3
5:00.
Сигарета тлела, унося в месте с дымом минуты жизни. Человек, в затертом, коричневом плаще стоял на перроне. Легкая седина в висках, и твердый взгляд, выдавал серьезность его намерений. А шрам на лице, тягости прошлой и наверняка темной части жизни. Затушив сигарету об угол перила, он посмотрел на время. Часы показывали ровно пять утра. Есть еще немного времени зайти в киоск. Он купил свежий номер «Риверневс» и вернулся в ожидание. Пять минут спустя его электричка прибыла на первый путь. Заняв свое место под номером 47, он убрал билет во внутренний карман, перед этим, проверив еще раз, правильность своего пункта назначения «Бричмонд». Вагон тронулся.
На страницах газеты, которую он приобрел, были последние громкие новости этих мест, а именно о зверском убийстве двух подростков, тела которых нашли на своих же кроватях в доме. Журналист Николс, естественно предположил о том, что в убийстве наверняка замешены родители. И начал раздувать тему о домашнем насилие, отце тиране и матери алкоголичке.
Закрыв газету, Дезмонд погрузился в сон, до самой конечной станции и снилось ему ровным счетом ничего, хотя нет. В центре бесконечной пустоты слова «ничего» постепенно проявлялось красное пятно. Будто черные тучи разгонял ветер, чтобы он смог увидеть, что в этой кромешной тьме, есть что-то важное. Красное пятно обрастало смыслом и очертанием, оно было похоже, на балахон или плащ. Дезмонд уже не был в поезде, а сидел в зале перед огромным монитором и внимательно смотрел на то, что ему пытались показать. Картинка развивалась стремительно. Тучи отступили. И уже в центре черноты была красная мантия, он был в этом уверен, еще он был уверен в том, что ее что-то держит, оно извивалось, и в какой-то момент, проткнуло мантию насквозь. Он увидел огромные, склизкие щупальца. Разорвав мантию на куски, они начали двигался в его сторону, миновав пространство экрана. Дезмонд попытался вскочить и убежать из зала, но понял, что не может пошевелиться, его будто парализовало. Щупальца медленно ползли с двух сторон по пустым креслам закрывая проход. Он понял, что это конец, Дезмонд поднял голову на экран и увидел нечто ужасное, о чем уже наверное, не вспомнит никогда. Его сон прервала проводница, сказав, что поезд подъезжает к конечной станции, и что бы все пассажиры не забывали свой багаж.