Не даю ему ничего делать, вытираю кровь сама, тампонирую себе нос.
— Вы с мамой меня довели! Вот, что бывает, когда я теряю контроль, даже собственный организм меня ни во что не ставит. Давление подскочило.
— Поехали в аптеку. Или лучше в больницу?
— В аптеку, Громов, а потом можно в психушку в соседние палаты.
— Там ты выйдешь за меня? — изгибает свои пухлые губы в полуулыбке.
— Нет, подлечимся и пройдёт у тебя это дурное желание.
В глубине же души мне хотелось, чтобы он выдержал моё упорство и не сбежал.
Мы ехали молча. Громов точно переваривал всё, что я наговорила. А я.. я тоже переваривала то, что наговорила. Я всегда хотела заниматься медициной, мечтала чего-то добиться в профессии, и возможно, когда-нибудь открыть свою клинику. Но нет же, на меня свалился Громов со своим «сиди на моей шее, я куплю тебе весь мир». Заманчиво звучит, да? Вот только золотые клетки — не моё.
Резкое торможение вырвало из запутанных мыслей, чуть не впечатав меня в переднюю панель. Светофор, испуганная девочка с велосипедом лет восьми перед капотом, Влада уже нет на соседнем кресле. А я, как застывшая в кинотеатре, смотрю кино на лобовом стекле.
Я ожидала, что он выйдет из себя, напугает ребёнка ещё сильнее, но не могла даже руками пошевелить, чтобы отстегнуть ремень и успокоить всех снаружи. Только он меня снова удивил. Влад был невозмутим и, судя по всему, успокаивал девочку. Он присел на корточки, проверил велосипед, что-то спросил. А потом они просто разошлись.
— Что случилось?
Влад садится за руль и хлопает дверью, наполняя салон прохладным воздухом.
— Девчонка выскочила на красный. Повезло, что я среагировал.
Мы не двигались с места, хотя его руки сжимали руль, а сзади уже послышалась пара настойчивых сигналов.
— Но ты успел затормозить. Всё хорошо.
Тянусь к его руке. В такие моменты больше всего мне хочется его успокоить. Я чувствую, что баланс нарушен. Холодные пальцы, частый пульс — достаточно провести ладонью по руке. Он останавливает её на предплечье и переплетает наши пальцы, а потом целует мои.
— Она испугалась.
— Зато больше не будет выскакивать на проезжую часть. Ей повезло, что за рулём оказался ты. Часто жизнь преподаёт нам более горькие уроки, чем этот. — На его лице промелькнуло какое-то не самое приятное воспоминание. Догадываюсь. — Поехали в аптеку, кажется, теперь она нужна нам обоим. — Вспоминаю про тампон в моём носу, да и головная боль не сдала позиции.
— А мне зачем?
— Куплю тебе гематогенку или леденцы без сахара.
— Я с сахаром люблю.
Он снова улыбается, и мне кажется, что на свете нет места лучше этой машины.
Глава 39. Воскрешение
Анна Золотова
В тот вечер я не вернулась домой, а Ксения наконец должна была перестать икать. Это поистине благородный поступок Владислава Громова по отношению к моей подруге.
Я проснулась на его груди, прислушиваясь к ровному дыханию и биению сердца. Такое приятное спокойствие рядом с ним меня тревожит в силу всех обстоятельств. С каждым днём моя тайна кажется всё ужаснее. Но и раскрыть её становится сложнее с каждым благородным поступком Влада.
— Ты не спишь, — заключаю, когда он щекочет пальцами моё плечо.
— Не сплю.
— Давно?
Я не заметила его пробуждения.
— Я проснулся позже тебя.
Это было почти невозможно, ведь я и так закинула на него ногу, но Влад прижал меня ещё сильнее.
— Вчера я не позвонила маме, и она этого не сделала.
— Правильно, ведь я сказал ей, что не верну тебя ночью.
Я чуть не подскочила на кровати. Точнее, я это сделала бы, если бы он так крепко не держал.
— Я начинаю предвидеть твои реакции, моя темпераментная, — мурлычет, не расцепляя своих наглых пальцев.
— Засада со всех сторон. Вы уже спелись, и я почти обижена, что моё мнение не учитывается!
Дуюсь, но не всерьёз, мне даже нравится.
— Ты что, не хотела остаться со мной?
— Хотела.
В два счета Громов оказывается надо мной. Я чувствую, как напряжены его руки, расположившиеся по обе стороны от меня. Не могу оторваться от пронизывающих насквозь глаз, провожу пальцами по его щеке.
— Тогда я всё сделал правильно.
Горячие губы находят мою ладонь, а потом он медленно целует мой подбородок, шею, ключицы и грудь, которой я выгибаюсь навстречу. Он всё делает правильно, и не оставляет мне места для сомнений в этом.
— Переезжай ко мне.
Приступает к моим губам, не давая ответить на вопрос. Знает, что скажу в первую очередь.