— У неё совершенно точно сейчас светлые волосы.
— Хорошо. Не столь важно, что вы слушаете, как то, когда ты наконец освободишься. Хочу тебя забрать.
— Опять?! Я дома почти перестала ночевать.
Выкручиваю листья бедному цветку в коридоре. Он такого от меня точно не заслужил. Вот откуда Влад собрался меня забирать, а?
— В идеале я бы хотел видеть тебя в своём доме каждый день, Золотова. — Вздыхает. А я удивлённо в очередной раз осознаю, что баран в нашей паре я. — Ты можешь освободиться пораньше?
— Влад.. у Ксю сложная ситуация, — шевелю извилинами и вспоминаю самое правдивое и серьёзное, на мой взгляд. — Её бросил парень, я должна её поддержать.
На том конце образуется молчаливый вакуум.
— Ладно, — снова вздыхает, — друзья – это святое. Но не забывай про меня.
— Громов, что-то важное?
Я физически ощущаю не злость, а досаду с его стороны.
— Сюрприз. Ну ничего, мы с ним тебя дождёмся.
— Заинтриговал, — слышу, как в дом заходят, приходится свернуть разговор. — Мне пора бежать. Музыка стихла, это не к добру. Пока, люблю, позвоню.
Последнее было лишним.
Сбрасываю как раз в тот момент, когда мама проплывает мимо на кухню. Она задерживается возле меня на несколько секунд, а потом всё же решается спросить.
— Владик?
Меньше всего мне хочется обсуждать это сейчас в доме отца.
— Да, мам. Только.. — тяну её за руку в кухню и прикрываю раздвижную дверь. — Только, пожалуйста, не говори пока папе.
— Почему?
— Это сложно, я сама.
Знаю, что она слишком ценит то, что я хотя бы говорю с ней об этом, поэтому согласится.
— Хорошо, я ни кому. — Она жестами закрывает рот на замок, но снова открывает, чтобы сказать мне одну умную вещь, о которой я теперь думаю постоянно. — Только не тяни, пожалуйста, Ань, это ни к чему хорошему не приводит.
Киваю ей в ответ и ухожу к холодильнику. Мне нужна холодная минералка, иначе я сейчас сгорю изнутри, несмотря на исправно работающий кондиционер.
— Тебе звонит Ксюша.
Я оставила телефон на столешнице, он вибрирует. И мне почему-то совсем не нравится, что она звонит именно сейчас. После разговора с Громовым прошло минут десять. У нас с подругой, конечно, прослеживается ментальная связь, но ситуация напрягает.
На всякий случай снова сбегаю в ванную.
— Привет, дорогая, — начинаю разговор первой, будто всё прекрасно.
— Анют.. меня бросил парень? Почему я не в курсе?
Внутри что-то резко закипает. Он ей позвонил? Не поверил мне? А чего я, собственно, хочу, если вру ему постоянно.
— Что ты ему сказала?
— Сообщила, что ты в туалете, а я не отпущу тебя до вечера. Что у вас происходит? Где ты?
Ксю недовольная, а я чувствую себя ещё более скверно. Я дома у своего отца, а Ксюше сейчас тоже совру, потому что никто не должен знать. И когда моя жизнь стала такой сложной?
— С мамой. У нас дела, я просто не хочу ему пока рассказывать.
— Поэтому прикрываешься мной, ага.
— Ты тоже можешь прикрываться мной в любое время. Спасибо, что не сдала.
— Пожалуйста. — Я не вижу, но могу представить выражение её лица. — Только я тебе тоже не верю. Живи сегодня, но потом ты мне расскажешь, подруга. Всё.
— Почему он звонит тебе?! Это что, не в первый раз?
На том конце раздаётся звонкий смех, мне даже спокойнее становится.
— Ты такая упёртая, до невозможности. Страшно его зацепила. Мне кажется, — Ксю понизила голос до шепота, — с ним так никогда не поступали.
— Как? — так же тихо уточняю.
— Таким, как он, никогда не отказывают. Ты сломала систему.
Ладно, Ксю не сказала ничего нового. Нас с Громовым клинит друг на друге, это очень похоже на мгновенную химическую реакцию. О чём говорить, если неделю назад я не собиралась расстраиваться из-за беременности от него, даже наоборот.
А сейчас я себя всё глубже зарываю в зыбучие пески моей лжи из-за неизвестно, откуда взявшихся, сложностей в моей обычной скучной жизни.
***
В кухне сталкиваюсь уже с отцом, он насыпает лёд в кувшин для лимонада. Мы выглядим сегодня, как идеальная семья перед бассейном из американских фильмов.
— У тебя всё хорошо? — интересуется, не оборачиваясь.
— Да, с чего ты взял, что иначе?
— Ты какая-то загруженная. — Никак не привыкну, что он почему-то считывает меня, как открытую книгу. — Ни с кем не поругалась?
— А с кем мне ругаться? С Ксюхой что ли?
Мне не нравятся его вопросы. Ну скажи ты напрямую, что знаешь про Громова! Вот только я на 50% уверена, что Олег рассказал, не больше. Призналась бы я сама на его месте? Не знаю.
Я снова нервничаю. Если пять минут назад мне хотелось опрокинуть в себя холодный напиток, а себя в бассейн, сейчас я ничего из этого не хочу.