- Какую же?
- Некоторые люди, которые не так часто посещают зал, не участвуют в боях на рингах, приходят, чтобы побить грушу.
Поднимаю бровь, повернув голову:
- Только побить? Мне её жаль.
Дилан усмехается, облизнув губы:
- Потом я понял, что они чем-то похожи на меня, - его руки скользят по моей талии, но он просто помогает мне принять правильное положение. – Я, как и они, всю свою злость выносил именно здесь.
- Ты это про случаи с Линком? Я все удивлялась, как у тебя терпения хватает, - улыбаюсь, когда Дилан поворачивает мой корпус, шепча:
- Линк – неплохой парень.
Меня передергивает. Смотрю на него, хмурясь:
- Что?
О’Брайен вздыхает:
- Он сильно изменился после смерти матери, - моргает, тоже хмуря брови. – Это все из-за Кэтрин.
Отвожу взгляд. Кем же была на самом деле Кэтрин Петрова? Что творилось в голове этой особы? И почему Дилан явно не договаривает мне чего-то, касаемо неё?
Кто, или лучше сказать, что ты такое, Петра?
[petra’s memories]
Мне понравилась комната. Понравился коридор, ванная, а так же чердак.
Разложив вещи, спустилась вниз, но не решилась войти на кухню, из которой поток неслись смех и разговоры. Думаю, они неплохо проводят время вместе.
Сворачиваю в зал. Здесь много книжных шкафов. Я люблю читать, так что это очень даже кстати. В конце зала дверь. Белая. От нее пахнет краской. Видимо, недавно нанесли новый слой. Открываю. Лестница, освещенная белым светом лампы. Плиточные стены, а в конце полная мгла. Аккуратно спускаюсь, всматриваясь в темноту, которая, как мне кажется, лишь больше разрастается, касаясь моей кожи.
Вытягиваю руку перед собой. Нащупала деревянную дверь. Круглая ручка. Скрип. Приоткрываю, и сразу же по телу пробегает холодок от вырвавшегося наружу ветра. Сквозняк?
Помещение. Оно словно воет, всасывая меня внутрь себя. Словно поглощает, окутывая темнотой. Нащупать выключатель мне не удалось.
Я хихикаю, ведь после нескольких ударов, прекратила серьезно относиться к словам О’Брайена. Он сказал, что я могу вынести злость на грушу, ведь в последнее время произошло слишком много, но вместо этого я смеюсь. Громко и звонко.
Дилан не может справиться со мной. Он силой притягивает меня к себе, поворачивая лицом к груше:
- Тернер, сосредоточься, - чувствую вибрацию в его груди. Он тоже смеётся, только не хочет этого показывать. Его руки крепко держат мои бедра, из-за чего я не в силах сосредоточиться на груше. Его действия отвлекают. К тому же, я уже вспотела, поэтому смеюсь, ведь выгляжу ужасно.
Дилан сдается, когда я смотрю в зеркало, начиная смеяться громче. Он поворачивает меня к себе лицом, убирая выпавшие на мокрый лоб волосы:
- Хуже ребенка.
Я наигранно опускаю голову, виновато переступая с ноги на ногу, но не могу прекратить улыбаться. О’Брайен щурит глаза, накрывая мое лицо полотенцем, что висело у него на плече. Я смущенно терплю, но не сдерживаюсь, пытаясь убрать его руки. Дилан перекидывает полотенце через мою шею, притягивая мое лицо ближе к его. Стараюсь сделать серьезное выражение, но вновь смеюсь:
- Из меня никакой боксер, но зато мне и, правда, стало легче, - уверяю не только его, но и саму себя. Дилан хмурится, но растягивает губы в улыбку, качая головой. Использую момент, чтобы освободиться, но парень резко дернул руками, отчего я выпрямилась. Он прильнул своими губами к моим, заставляя глубоко вздохнуть через нос. Прекращаю улыбаться, касаясь руками его скул.
То, что происходит между нами.
Дилан углубляет поцелуй, скользя руками к моей талии.
Мы не обсуждаем это, толком не говорим. И, если это так продолжится, то я не против. Лишние разговоры лишь усугубят положение, ведь ни я, ни Дилан – не открытые люди. Мы по-прежнему храним много тайн. Но, надеюсь, что в ближайшее время сможем открыться, начав доверять друг другу.
Его руки проникают под майку. Он сжимает кожу талии, покрытую капельками пота. Я запускаю пальцы в его темные и влажные волосы, не желая прекращать.
[petra’s memories]
Я дергаюсь, оборачиваясь, хотя глаза все еще не привыкли к темноте. Этот мрак. Он какой-то иной.
С моих губ слетает вздох, а колени подкосились, когда Дилан приподнял меня, оставляя поцелуй возле уха. Такое чувство, словно, это не в первой. Словно, он привык контролировать ситуацию, словно, понимает, что да как нужно делать.
Кажется, я прекращаю дышать, когда его руки сжимают мои ягодицы, а губы переходят на шею.
Будто знает, как правильно доставлять удовольствие.
[petra’s memories]
Эта темнота.
Шорох за спиной.
Оборачиваюсь.
Она кажется живой.
Комментарий к Part 28.
Кэтрин (Петра):
http://www.youtube.com/watch?v=sKh02fT83uE
На самом деле, я очень симпатизирую этому персонажу, поэтому постараюсь раскрыть его)
О главе:
Немного штиля, так скажем. Некое затишье перед бурей. Надеюсь, глава показалась не слишком скучной)
========== dream-reality ==========
Просыпаться вот так просто, безо всякой причины, стало нормальным для меня. Явление обычное, но жутко лишь оттого, что меня преследует навязчивое чувство, словно на меня кто-то смотрит.
Переворачиваюсь на бок. Дилан спит спиной ко мне. Не чувствую, что между нами что-то происходит, нет какого-то волнения, ведь мы и до поцелуя спали в одной кровати. Интересно, как он объясняет свои же действия? Сто процентов уже гуглил нечто подобное в Интернете. Улыбаюсь, ведь парень часто ищет всему логическое пояснение.
Загорается свет. Нет, не в его комнате. Хмурюсь, приподнимаясь на локтях. Сквозь шторы сочится бледно-желтый свет. Кто-то в моей комнате?
Смотрю на Дилана, садясь на кровати. Ползу к подоконнику, понимая, что всему ищу объяснение, которое не касается ничего мистического. Отодвигаю штору, щуря глаза. Удивленно моргаю, когда вижу молодую женщину, не знакомую мне. Она поправляет одеяло, после чего уходит в коридор.
- Что за… - Оборачиваюсь. Дилан продолжает спать. Вновь смотрю в сторону своей комнаты. Папа привел другую женщину? Стоп, на кой ей убираться в моей комнате? Верчу головой, решая, что уж лучше поймаю голубков с поличным. Открываю окно, все время посматривая на парня, который даже не шевелится. Странно, но стекло моего окна не разбито. Оно новое?
Перелезаю, стараясь не шуметь. Хотя, если даже она - его новая женщина, то, что я могу сказать ему? Они с моей мамой развелись. Задумалась: нет, кое в чем я могу обвинить его. Исчезает, не пишет, не звонит, а потом объявляется, как ни в чем не бывало.
Старый ловелас.
Выхожу в коридор, удивляясь: свет горит ярко, освещая путь, бордовые обои не нагоняют отвращение и неприязнь, паркет чистый, словно его только что мыли.
Может, отец додумался нанять дом-работницу? Пф, этот скряга? К тому же, кто убирается ночью?
Иду дальше, понимая, что пол под ногами не скрипит. Тишину рушит мелодия, что разносится эхом, отдаваясь в ушах. Дверь ванной резко распахивается, отчего я отскакиваю к стене. Девушка с приятными чертами лица, выходит в халате, взглянув на меня. Я теряюсь, словно по ошибке забралась в чужой дом, но она улыбается:
- Кто ты?
Заикаюсь, открывая рот:
- Я… Кэйлин, - понятия не имею, почему представилась ей. Девушка щурится, но вспоминает:
- А, ты подруга Кэтрин. Ищешь её?
Шире открываю рот:
- П-простите…
- Она в кабинете, на втором этаже. Видимо, опять играет, - встряхивает полотенцем, отчего капельки воды полетели на меня. - Ой, прости, спустись, не стесняйся.
Моргаю, пытаясь вникнуть в то, что происходит. Киваю, выдавливая нервную улыбку, и иду вперёд по коридору, оглядываясь на девушку, которая направилась обратно в ванную комнату. Безумие. Просто безумие.
Вымытая лестница, ступени блестят. Спускаюсь. Мелодия становится громче. Второй этаж. Выхожу, сталкиваясь с парнем, который удивленно взглянул на меня. Кажется, мои глаза готовы вылезти из орбит, когда я узнаю его. Линк извинился, поспешно обойдя меня, и побежал вниз по лестнице.