Оксана записала фамилию следователя, который вел дело Гаврилюка: Свириденко Назар Остапович. В материалах дела также находились справки: «О направлении Ивана Аверкиевича Николаева (1929 г. р.) в детский дом закрытого типа для детей осужденных, в село Утюжаны Винницкой области»; «Ордер на арест Катерины Дмитриевны Николаевой и свидетельство о ее смерти от отравления, датируемая 1939 годом». В письменном объяснении директор детдома в Утюжанах сообщал, что в ноябре 1942 года Ивана Николаева забрал из этого заведения его отец, Аверкий Гаврилюк. Никаких других материалов, касающихся дальнейшей судьбы сына Гаврилюка, не было.
Полученная информация ей ничем не помогла, и она поехала на встречу с режиссером. Кротенко на месте не оказалось. Оксаной занялась полноватая костюмерша Зина, которая попросила, чтобы она примерила одно из подготовленных платьев.
— Вы прекрасно выглядите в нем! — удовлетворенно сказала она, оглядев Оксану со всех сторон. Затем попросила примерить еще пару платьев и тоже осталась довольна.
— У вас великолепная фигура, — заявила Зина и вздохнула. — Завидую вам. У вас особая диета?
Зина оказалась очень словоохотливой и угостила растворимым кофе с булочками с корицей собственного приготовления. Оксана согласилась составить ей компанию, решив воспользоваться болтливостью Зины, чтобы узнать побольше о членах киногруппы, которые были заняты на съемках «Красной маски».
Зина строчила, как пулемет, но, к сожалению, ничего интересного Оксана пока не находила в ее словах. Особенно много дифирамбов она посвятила режиссеру:
— Сеня молодец, такой умный, воспитанный! Бывает, что выйдет из себя, когда на площадке актеры не понимают его указаний, но все в культурной форме, без матов. А ведь у него, чтобы вы знали, было очень тяжелое детство, он воспитывался в детском доме и всего добился сам, своим трудом и головой! Можете себе представить, что ему пришлось пережить в Утюжанах!
— Где? — невольно вскрикнула Оксана, услышав знакомое название села.
— В Утюжанах находился детский дом, в котором воспитывался Семен, — пояснила Зина.
«Что это, очередное совпадение? Иван, сын Гаврилюка, находился там, а затем, через много десятилетий, через него прошел и Семен Кротенко? Конечно, это может быть только совпадением!»
— А как он оказался в детском доме? Кто его родители?
— Неизвестно, — с важным видом заявила Зина. — Загадочная история. Я думаю, что его из благополучной семьи выкрали цыгане, заставляли заниматься попрошайничеством…
— Это он вам рассказал?
— Семен ничего не помнит о том периоде, его первые воспоминания начинаются с пяти лет, когда он уже был в детском доме. Когда он вырос и стал интересоваться, как попал туда, ему объяснили, что его нашли на вокзале в Виннице в весьма неприглядном виде. Милиция не смогла найти родителей, а потому неизвестно, как он попал на вокзал. Было лишь понятно, что ребенок пережил сильный стресс.
В ожидании Кротенко Оксана воспользовалась свободным компьютером и вошла в Интернет. Узнала, что в Утюжанах детский дом располагался в бывшем помещичьем поместье, старинном доме, где одновременно воспитывалось порядка полутора сотен детей. В начале 30-х годов это была школа-приют закрытого типа для детей репрессированных родителей, с середины 50-х годов — обычный детский дом-интернат. В начале 2000-х годов, в связи с аварийностью здания, он был закрыт, а дети распределены по другим интернатам.
«Плохо, что туда нельзя позвонить. Но, по всей видимости, это ложный след — слишком уж явное совпадение. Вряд ли между сыном Гаврилюка и Кротенко могла быть родственная связь». Но тот факт, что Гаврилюк и Кротенко прошли через один и тот же детский дом, пусть и через большой промежуток времени, не давал ей покоя, и она все время думала об этой непонятной связи.
Когда приехал Кротенко, Оксане не удалось с ним переговорить с глазу на глаз, так как его разрывали со всех сторон вопросами, касающимися завтрашнего отъезда. К тому же Семен пребывал в состоянии между крайней удрученностью и такой же степени злостью. Зина, тоже пообщавшись с ним, вскоре пояснила Оксане:
— Семен рвет и мечет из-за того, что Рябинина так и не появилась и ему пришлось спешно договариваться с другой актрисой, Любой Фроловой. Она вместе в Рябининой проходила кастинг, и он изначально хотел остановиться на Любе, но Рябинина уговорила взять ее.