— Salam, профессор, — приветствовала она Норонью чувственным голосом и добавила: — Khosh amadin!
— О, Ариана, здравствуйте. Как поживаете?
Португалец пребывал в легком замешательстве, не зная, следует ли ему наклониться к ней и поцеловать, или же в этой стране строгих правил и суровых обычаев принята какая-то иная форма приветствия. Из затруднительного положения его вывела сама иранка, просто протянув ему руку.
— Как вы долетели?
— Лучше не бывает, — ответил Томаш и тут же, сделав страшные глаза, поспешил уточнить: — Но каждый раз, когда самолет попадал в турбулентность, у меня душа с телом расставалась. А во всем остальном полет прошел замечательно.
Ариана рассмеялась.
— Вы боитесь летать, да?
— Не то чтобы боюсь, скорее… опасаюсь. — На лице его промелькнула улыбка. — Видите ли, всю жизнь меня донимает мама, панически боящаяся поездок, и видно, мне это передалось. Или я унаследовал у нее этот ген.
Иранка осмотрела его, задержав взгляд на рюкзаке, перекинутом через плечо, и убедилась, что за ним не следует носильщик с чемоданами.
— У вас нет багажа?
— Нет. Я путешествую налегке.
— Хорошо. Тогда пойдемте.
Они вышли из здания аэровокзала, и женщина направилась к концу длинной очереди, стоявшей на тротуаре у проезжей части. Впереди, где начиналась очередь, Томаш увидел оранжевого цвета автомобили, в которые садились пассажиры.
— Мы поедем на такси?
— Да.
— У вас нет машины?
— Профессор, мы с вами в Иране, — сказала она с улыбкой. — Женщина за рулем здесь смотрится слишком экзотично.
Они сели на заднее сиденье ветхого «пайкана», и Ариана, подавшись вперед, сказала водителю:
— Lotfan, man о bebarin be hotel Simorgh.
— Bale.
Из сказанного Томаш понял только слово «отель».
— Как называется гостиница?
— «Симорг», самая лучшая наша гостиница, — пояснила Ариана.
Таксист обернулся назад к пассажирам:
— Darbast mikhayin?
— Bale, — ответила ему женщина.
Томаша заинтересовал вопрос водителя.
— Что он хотел от нас?
— Он спросил, Желаем ли мы ехать в такси одни.
— Как это?
— У нас принято подбирать по дороге других пассажиров. И если мы хотим ехать в машине одни, без попутчиков, таксисту надо компенсировать разницу, доплатить за упущенную выгоду, то есть за пассажиров, которых он мог бы подсадить.
— А-а-а. И что вы ему ответили?
— Я ответила «да».
Ариана откинула покрывало, и глазам португальца предстали совершенные черты ослепительно прекрасного лица. Память его, понял он в тот миг, была бессильна воссоздать портрет этой женщины во всей ее экзотической красоте — с чувственными устами, медовыми очами, бархатно-нежной белой кожей. Чувствуя, что выглядит дураком, профессор заставил себя отвернуться к окну.
Перед ним были запруженные автомобилями улицы Тегерана. Нагромождение зданий уходило за горизонт. Взора город не радовал. Бестолково-беспорядочный и серый, он казался бетонной чащобой, над которой зависла маслянистая, грязно-бурая масса. Вдалеке, возвышаясь надо всем этим, парили, словно озаренные солнцем облака, очертания белоснежной гряды, которая привлекла внимание Томаша.
— Это Полярная звезда Тегерана, — объяснила Ариана, будто отвечая на его немой вопрос и забавляясь удивлением. — Так мы называем горы Эльбурса. — Она тоже посмотрела в сторону видневшейся вдали горной цепи. — Они простираются к северу от города и всегда, даже летом сверкают своими снежными шапками. Если теряемся в незнакомом районе, мы обычно ищем над крышами домов эти заснеженные пики и, найдя их, можем сориентироваться.
— Но их так плохо видно…
— Это из-за смога. Загрязнение здесь просто ужасающее, видите? Хуже, чем в Каире. Хотя горы Эльбурса довольно высокие и находятся в относительной близости, порой их бывает почти не видно.
— То, что они высокие, не вызывает сомнения.
— Высочайшая их вершина — потухший вулкан Демавенд, вон он, правее, — показала Ариана. — Более пяти тысяч метров и…
— Берегитесь! — крикнул шофер.
Внезапно вынырнув как раз откуда-то справа, им навстречу стремительно летела белая легковушка. Столкновения, казалось, было не миновать, но таксист резко вывернул влево, с трудом увернувшись от бешено сигналившего автомобиля.
— Что такое? — обеспокоенно спросила Ариана.
Португалец с облегчением вздохнул.
— Еще немного, и мы бы попали в аварию.
Иранка улыбнулась.
— Это у нас в порядке вещей. Правда, иностранцев, даже привыкших к хаотичному движению в городах Ближнего Востока, здесь ужас берет. И правда, ездят у нас так, что кажется, вот-вот попрощаешься с жизнью. Но, как правило, ничего страшного не происходит.