Ведьма впервые за всю свою беременность с улыбкой погладила огромный живот. Это ее дитя… дитя крови Слизерина…
Меропа не сразу, но вспомнила, как действовать. Шагнула в камин. Главное – не напутать с этим мудреным именем… Лютный переулок, или как он там называется… Зачерпнула горсть прохладного порошка.
- Лютный переулок, - зажмурившись, сказала Меропа и разжала пальцы.
Она выкатилась на холодный пол, в испуге схватившись за живот. Но все обошлось благополучно. Колдунья с трудом поднялась и увидела, что находится в пустом темном помещении.
Нет, не в пустом: оно было заставлено какими-то ящиками и склянками… Не иначе, склад, где хозяева лавки держат товар; та дверь, занавешенная холстиной, должно быть, ведет в главное помещение.
Хозяева лавки, вдруг осенило Меропу. Бертольд Гласс ведь называл ей свою лавку… Вспомнила! “Горбин и Бэрк”! Меропа, придерживая живот, поковыляла к двери и вдруг остановилась.
Ну а как, появись она там, ее выгонят взашей? Когда ей кто-нибудь где-нибудь был рад – хоть маглы, хоть колдуны?
А, пускай. Теперь терять уже нечего. Меропа неловко, боком, протиснулась в дверь под рваную холстину; хотя могла бы пройти свободно.
Меропа оказалась в пустой лавке, за пустым прилавком, и остановилась, недоуменно моргая.
Только она хотела по-настоящему удивиться, откуда-то слева послышался шум. Из-за застекленной витрины, невидный сначала благодаря темноте и своему росту, показался маленький пухлый человечек с длинными волосами. Волшебник казался спокойным, но когда его взгляд остановился на Меропе, он так побагровел, что колдунья от испуга едва не села прямо на пол. Хозяин лавки – Горбин или Бэрк? – подскочил к ней и, прежде чем Меропа успела опомниться, его палочка больно уперлась ей прямо в живот.
- Ты кто такая? Как здесь очутилась? – спросил человечек, буравя ее злым взглядом.
Меропа сглотнула, беззвучно открыла рот. Наконец ответить получилось.
- Я к Бертольду Глассу, - сказала она.
При этих словах выражение лица человечка моментально переменилось, краска гнева сбежала с него. Хозяин даже приветливо улыбнулся, хотя на его лице улыбка выглядела отталкивающе.
- Вы знаете Гласса? – спросил он. Меропа кивнула.
- Выдающийся человек, этот Берт Гласс, - шепнул ей волшебник, словно поверяя сладкую тайну хорошему знакомому. Он опять улыбнулся, отчего приятней не сделался. – Мое имя мистер Бэрк, я хозяин этой лавки. Вы уж не сердитесь, мисс, что я с вами так. Всякие шастают, сами понимаете…
- Да я ничего… - сказала Меропа. Она все еще не могла оправиться от удивления после такой перемены в мистере Бэрке. Кто же этот Бертольд Гласс?
- Вы сядьте, - захлопотал хозяин. – Передохните.
Он пододвинул Меропе табурет, и та села, покачнувшись на хромых ножках. Хозяин уселся напротив, елейно улыбнувшись ей.
- Так откуда же вы знаете Берта Гласса? – спросил он.
Меропа растерялась. Сказать откуда? А вдруг этот мистер Бэрк сразу же переменит свое обращение, как узнает, где она живет?
- Встретились, был случай, - сказала она, отводя глаза. – Он пригласил меня сюда.
- Сам пригласил? Так вы непростая штучка, мисс, - сказал мистер Бэрк. – Берт Гласс кого попало к себе не зовет…
Меропа впервые за весь разговор улыбнулась. Она даже плечи расправила.
- А где бы мне найти мистера Гласса? – спросила она хозяина.
- Он сам придет, - сказал мистер Бэрк, понизив голос до шепота, несмотря на то, что они были в лавке одни. Хотя кто его знает… - Вы вовремя явились, мисс, он как раз об эту пору приходит.
И словно в ответ на эти слова дверь лавки бесшумно отворилась.
Бертольд Гласс был совсем не такой, каким Меропа его запомнила. Он с ног до головы был в черном – черная мантия, свисающая с плеч, будто крылья гигантской летучей мыши, черный сюртук и ботинки; выделялась одна только серая, словно присыпанная пеплом, непокрытая голова. Лишь когда он шагнул ближе, из-под мантии показались те же знакомые полосатые брюки…
Черные глаза колдуна быстро обежали помещение и остановились на Меропе. Он улыбнулся так, словно именно сегодня ее ждал.
- Ну здравствуй, красавица, - сказал он. Меропа усмехнулась, радостно-смущенно. Он шутил с ней – с ней никто никогда не шутил… Она попыталась встать, но хозяин удержал ее. – Вы сидите, сидите, - сказал мистер Бэрк и подбежал к посетителю; он суетливо пододвинул ему собственный табурет. Меропе даже показалось, что он испуган. – Рад, что вы именно сегодня решили зайти, мистер Гласс, - сказал мистер Бэрк. – Такая приятная неожиданность!
Фамильярничая за глаза, он явно робел перед лицом Бертольда Гласса.
- Вы знаете, Бэрк, что я всегда прихожу в это время, - своим хрипловатым голосом сказал тот. – Но о наших делах позже, согласны? – Бэрк торопливо кивнул.
Бертольд Гласс не спеша пододвинул свой табурет к Меропе. Та вдруг тоже оробела под взглядом этих черных глаз…
- Рассказывай, - сказал колдун.
Меропа совсем смешалась. Рассказать этому жутковатому магу, перед которым трусит сам хозяин лавки, свою историю?.. Что она спуталась с маглом? Что этот магл бросил ее?
Но Бертольд Гласс выжидательно смотрел на нее своими черными глазами. Внезапно Меропе показалось, что он знает о ней куда больше, чем говорит…
И она решилась.
Стоило только начать, как слова полились из нее потоком. Меропа говорила горячо, горько, сбивчиво; под конец расплакалась, утирая слезы грязными колючими рукавами магловского пальто.
Когда рассказ закончился, некоторое время стояла тишина.
Потом колдунья услышала медленный хрипловатый вопрос.
- Так, ты говоришь, тебя зовут Меропа?
Колдунья кивнула, судорожно сжимая пальцы. Весь рассказ она, из какого-то странного опасения, избегала называть свое девичье имя…
Но Бертольд Гласс не стал ничего выпытывать. Вместо этого он, прикрыв глаза, словно сам себе, забормотал совсем другое. Меропа от удивления открыла рот.
- Еще можно переменить. Шестнадцать лет. Нет, нет. Кровь. Добрая воля.
- Что… - начала она и осеклась, когда мистер Бэрк прижал пухлый палец к губам.
Бертольд Гласс вдруг наклонился к ней совсем близко. Меропа снова почувствовала его зловонное дыхание, но почти не обратила на это внимания. Черные глаза смотрели ей в самую душу…
- Ну вот что, красавица, - сказал колдун. – Хочешь его обратно? Насовсем?
Меропа на несколько мгновений онемела. Она молча открывала и закрывала рот. Бертольд Гласс все так же пристально смотрел на нее: черные глаза блестели. Маленький мистер Бэрк стушевался где-то в стороне и почтительно молчал.
- Как обратно? – наконец произнесла Меропа.
- Будет снова твой, - улыбаясь, сказал колдун. – На веки вечные.
- Нет… нет, - Меропа вдруг обрела силы возражать этому жуткому магу. – Нет, не хочу, - горячо сказала она. – Я помню… Он когда под Империусом был, был сам не свой, все равно что…
- А кто тебе Империус предлагает? – спросил Бертольд Гласс. Глаза колдуна блестели, словно его это забавляло; но чувствовалось, что за его поведением кроется куда более серьезная причина. – Ты меня обижаешь, красавица.
- Я не хотела, правда, мистер Гласс, - поспешно, горячо сказала Меропа. Как же он ее пугал. Даже отец и Морфин такого ужаса не вызывали!
Колдун улыбнулся.
- Мой приворот будет посильнее твоего, - хрипло сказал Бертольд Гласс. Он вдруг закашлялся, словно у него была больная грудь; но не показался от этого менее жутким. Колдун вытер рот и взглянул на Меропу. – Твой магл останется совсем такой, как есть. Только твой. – Он секунду помолчал, словно чтобы дать Меропе прийти в себя. – Ну как, согласна?