Более-менее начал приходить в себя мужчина начал после слов дворфа, - Поздравляю!
- Ага, спасибо, - ответил мужчина, принимая то ли чек, то ли договор, то ли счёт-фактуру.
Только на улице, наконец, смог поймать её за хвост. Не Хульдру конечно, мысль.
И чтобы проверить оную, развернул тот самый пергамент. Ни то, ни другое, ни третье.
Догадка оказалась верной, это было свидетельство о браке.
Вот здесь и следовало сильно удивиться, да вот лимит удивлений на сегодня уже был исчерпан.
Рядом виновато и покаянно сопела носом Хульдра. Глаза в пол, палец во рту, хвост поджат.
- И зачем? – как-то совсем равнодушно спросил Скрут.
- Я боялась, - сопение носом стало заметно громче.
- Чего боялась?
- Что ты меня бросишь, - сопение стало знакомо прерывистым.
- Я же тебе обещал, что не брошу!
- Ага, видела я, как ты на ту эльфийку смотрел, а я в этом мире одна, совсем одна, - сопение перешло во всхлипывания. И с этим нужно было что-то срочно делать.
- А вот чтобы этого я больше не слышал.
- Чего?
- Жалоб на то, что ты одна. Некрасиво звучит, при живом муже, не так ли, дорогая?
- Не буду больше, - Хульдра улыбнулась.
- Вот и хорошо, пошли к кузнецу, время торопит.
- А может, задержимся здесь на денёк?
- Ну, уж нет, ещё денёк в этом городке и ещё и папой стану, - но это возражение не прозвучало вслух, только мысленно. Правильно, зачем печалить девушку, у неё же сегодня радостный день, замуж вышла.
Эпизод седьмой
Как-то так сложилось, что жители Штормграда считали орков недалёкими созданиями. Хотя конечно, есть среди них и такие особи, особенно среди молодняка из диких степей. Но опять же, люди из провинции тоже одарённостью не блистали. А в тавернах, так не сразу и разберёшься, где орк, а где человек.
Тем не менее, мнение столицы об орках было таковым и усиливалось оно тем, что орки очень часто нанимались на тяжёлые, грязные работы. И главный город альянса не был исключением. Орк-каменщик, орк-ассенизатор, орк-грузчик, в грубых домотканых одеждах здесь был таким же обычным явлением на улицах, как и блистающая начищенными доспехами стража.
Что до Ирхарина, то внешне он и выглядел как самый обычный орк-простак с прочно въевшейся маской недоумения на глуповатом лице. Такой же была у него и манера разговора, короткие односложные фразы с массой междометий.
Но при этом был непревзойдённым каменщиком, мог работать с тесаными блоками, кирпичом и диким камнем. Стену, что возводил Ирхарин, не нужно было проверять отвесом и прочими инструментами. По этой причине ему чаще всего доверяли возводить углы, арки, проёмы.
Мастера, под чьим началом он работал, только вздыхали, - Ему чуток ума, знатный бы архитектор вышел. А так, только исполнитель.
Ещё Ирхарин слыл невообразимой жадиной. Нанимаясь на очередной объект, сначала тщательно высчитывал свой потенциальный заработок, загибая пальцы и выводя углём каракули в засаленном дневнике.
И вот здесь, несмотря на всё тугодумство Ирхарина было не обмануть. Чуть что не так, тут же вытаскивал из своей котомки дневник и тыкал заскорузлым пальцем в нужную строчку.
Один раз какой-то шутник ночью вытащил из его котомки дневник и спрятал. На что Ирхарин очень обиделся, собрал свои нехитрые пожитки и ушёл.
Пришлось вмешиваться самому архитектору. Дневник нашли, шутнику розгами объяснили его заблуждение, а самого Ирхарина на карете после извинений и небольшой премии привезли обратно.
И только если кто мог заглянуть в его глубоко посаженные глаза, замечал, какой за ними мощный и проницательный ум.
Но для этого нужно было как минимум две вещи. Сначала как раз заглянуть в орчьи глаза. А как в них, эти глаза заглянешь? Если Ирхарин, или смотрел на камни-кирпичи-раствор, или на землю под ногами.
И потом, если свершилось чудо и удалось поймать взгляд, то этот самый ум нужно ещё было рассмотреть. То есть, как минимум, быть провидцем, или магом.
Но дело в том, что никто Ирхарина не проверял магически как прочих батраков. Ибо он сам в Штормград не нанимался. Главный архитектор случайно увидел его в Прибамбасске и, восхитившись мастерством, после долгих уговоров привёз в Штормград.
В стражи тоже он подозрений не вызывал, ибо за всё время боязливый орк ни разу не нарушил свой короткий маршрут меж трёх точек: работа, таверна, лачуга.
Да и зачем ему было рисковать? Даже на его нынешней работе, случайных разговоров, обрывков фраз было более чем достаточно для загрузки мозгов опытного разведчика.
Кроме того Ирхарин не любил риск как таковой, слишком там много неопределённости. И если это делал, то только для выполнения своего главного задания, которое сводилось к одному, выжить любой ценой. Всё прочее было вторично. Задания были и будут, а жизнь у разведчика одна. И глупо тереть её только потому, что там, в штабах захотели очередную звёздочку с неба.