Появление на свет самой эльфийки не менее загадочная и полная драматизма история.
Её бабушка по материнской линии ожидаемо оказалась той самой единственной прямой наследницей Антеллианов. Осталась только гадать, как она, будучи ребёнком десяти лет от роду умудрилась выжить в том памятном кораблекрушении и продержалась на крохотном деревянном обломке целых пять дней, пока её не подобрала прогулочная яхта одного вельможи из Луносвета.
Надо заметить, что син’дорай весьма странные союзники. Решение их лидеров присоединиться к орде далеко не все восприняли с должным энтузиазмом. Очень многие, особенно среди знати отнеслись к такому шагу вождей весьма прохладно. И хотя на открытый бунт никто не решился, но равнодушие на грани саботажа было массовым.
Так случилось, что вельможа, которому достался столь своеобразный подарок моря, как раз был из числа равнодушных син’дорай.
Когда пред его очами предстала измученная девочка, у которой было только изодранное, полинялое от морской соли платье да кожаный мешочек с семейным артефактом на шее, не стал выяснять, кто она и откуда. Более того, он не стал отбирать и даже выяснять что там за артефакт, ограничившись магическим сканированием. Не несёт эта игрушка никаких потенциальных угроз и ладно, пусть дитя ей тешится.
Такова была воля вельможи, в жизни маленькой баронессы наступил короткий счастливый период. Он сам, да и его жена невольно привязались к этому ребёнку, поскольку своих детей у них ещё не было.
Баронесса росла как любой другой ребёнок син’дорай, чьи родители имели определённый уровень достатка.
И неведомо, что тому причиной, хорошая наследственность, или эльфийский образ жизни, но к шестнадцати годам она превратилась в симпатичную, даже по взглядам син’дорай девушку.
А учитывая, что некоторые округлости у неё развились не в пример лучше, то на улицах Луносвета вслед оборачивались многие юноши и мужчины.
И только репутация вельможи останавливала потенциальных ухажёров от необдуманных шагов.
Сама же баронесса не обращала на все эти взгляды ни малейшего влияния. Она боготворила своего спасителя, причём так горячо, что спустя два года к её имеющимся округлостям стала добавляться ещё одна.
Против такого поворота взбунтовалась супруга вельможи. Причём взбунтовалась на манер син’дорай. Для баронессы всё кончилось тем, что она из дворца переселилась в собственный дом в районе рынка и получила книжную лавку в придачу.
Там она и жила, в одиночестве, с дочкой-полукровкой, да небольшой прислугой.
Хотя злые языки утверждали, что вельможа регулярно туда наведывался, а его жену замечали в парке, гуляющей с новорождённым ребёнком.
История рождения отца Вьюлы тоже не обошлась без интриги и на этот раз со стороны супруги вельможи.
Около двадцати с лишним лет назад она в Даларане позволила себе небольшую женскую интрижку с ночным эльфом. Ничего особенного для син’дорай, если бы не легкомысленное отношение к возможным последствиям.
А они не замедлили сказаться. Когда эльфийка поняла, что носит ребёнка, она упросила мужа позволить ей пройти курс обучения магии в одной из школ Даларана.
Тот и не возражал, даже наоборот. Школа располагалась в одной из башен, где порядки были строже, чем в монастыре. Одним из обязательных условий было отсутствие контактов с внешним миром и отсутствие всяких любовных связей.
Так чего опасаться супругу, если на другой чаше весов целых полтора года мужской свободы?
Мальчик родился, конечно же, эльфом. Полукровок от таких связей не бывает. И как мама син’дорай.
Будь у незадачливой эльфийки хотя бы в течение месяца близость с мужем, то всё бы обошлось и так. Как и многие другие замужние дамы син’дорай обрадовала бы мужа скорым отцовством.
Но так уж случилось, что на момент зачатия разлука с мужем длилась уже более полугода. Вот и пришлось тайком вынашивать, рожать, а потом пристроить своего сына в хорошую семью.
Последнее было сделать проще всего. Бездетных пар в Луносвете хватало, как среди знати, так и в среде простых син’дорай.
Первые по понятным причинам отпадали из возможных кандидатов на усыновление.
Вот и жил вельможа безмерно благодарный своей жене, воистину святой женщине.
Как же, мало того что простила, так ещё приняла его дочь. Как-то он тайком подсмотрел, как супруга кормила своим молоком девочку. У эльфиек всегда так, стоит любого младенца на руки взять, как грудь тут же молока полна. А ещё она часто гуляет с пятилетним мальчуганом, сыном управляющего лавкой. Бедняжка, она так страдает от своей бездетности.