Только теперь, когда она вошла в статус невесты, ни зависеть от прихотей Ирхарина, ни быть в неведении по поводу своей дальнейшей судьбы, Вьюле не хотелось.
Едва Наум после буйства страсти погрузился в глубокий сон, Вьюла осторожно выскользнула из его объятий, поднялась и накинула плащ. Так же неслышно выскользнула на улицу и ночной тенью заторопилась в квартал, где сейчас и проживал Ирхарин.
К её удивлению, полковник не проявил ожидаемого интереса к сказанному эльфийкой. А ведь информация была очень важной.
Нет, конечно, Ирхарин изобразил заинтересованность и даже задал несколько уточняющих вопросов, но Вьюла ещё в бытность куртизанкой научилась видеть то, что скрывается за словами. Вот и сейчас, она могла поклясться, что у орка на уме нечто более серьёзное и важное.
Тем более неожиданным оказался шлепок пониже спины и последующее за ним непристойное предложение.
- Нет!!! - Вьюла с глазами полными ужаса, на одних инстинктах, отскочила прочь.
Ведь успей среагировать разум, то почему бы и нет? Эльфийка не одну ночь провела с этим орком и без всякого принуждения, по собственной воле.
И хотя её влюблённое сердце протестовало, Вьюла взяла себя в руки, намереваясь ответить со всей статью на последующие приставания.
Но, Ирхарин и не собирался приставать. Он просто провёл короткий тест, остался довольный результатом и выставил эльфийку прочь.
Вьюла шагала назад, к дому Наума и полыхала от гнева. Злилась на себя, на Ирхарина и даже совсем немного на Наума.
На себя по причине, что так легко спалилась, теперь орк знает какие чувства, пытает она к своему шефу. На Ирхарина злилась за то, что так подло её раскусил.
Что до Наума, то он тоже виноват. Мужчина обязан защищать свою женщину от всех неприятностей. Даже от тех, о которых не догадывается. А то, хорошо устроился, насладился её любовью и спит, пока она, носиться по ночному городу в попытке спасти их будущее. Хотя, если быть справедливой, то сегодня Вьюла тоже получила не мало. Она впервые в жизни узнала, что значит любить не только телом, но и душой.
Вспомнив о недавних минутах блаженства эльфийка улыбнулась. Как же хорошо всё было. Она сейчас просто переполнена любовью. Особенно здесь, Вьюла коснулась своего живота. Да, а что это за пакет она несёт? Ах да, зелье от нежелательных последствий любви. Но кто сказал, что они сейчас нежелательны?
- Да вот фиг вам! – с какой-то мстительностью подумала Вьюла и ни мгновения не колеблясь, зашвырнула пакет.
А что делать с Ирхарином она уже знает. Просто убьёт его и всё, осталось только придумать как.
Ирхарин допил остатки отвара и отодвинул кружку. Он принял окончательное решение.
Как не важна была информация от Вьюлы, но ни разрабатывать её самостоятельно, ни сообщать как есть наверх, он не будет.
Сейчас полковнику предстоит куда более важная операция, спасение собственной персоны.
Он многолетним опытом нелегала учуял, на его след уже вышли. И если ничего не предпринимать, то вскоре его жизнь не будет стоить и медяка. По его следу идут не ищейки из альянса, этих он и не опасался. Сейчас враг куда более коварный и опасный, его собственное руководство.
Сколько раз уже корил себя Ирхарин за ту оплошность, которую он допустил после внедрения Вьюлы. Нельзя, никак нельзя было заваливать руководство такими объёмами ценнейшей информации. Её следовало передавать дозированно, даже пуская в игнор весьма важные факты. Так нет же, он повёл себя как юный лейтенант, для которого интересы службы превыше всего. Вот теперь и имеет, эполеты полковника с одной стороны, а с другой, весьма пристальное внимание руководства к столь возросшей эффективности доселе не выделявшегося разведчика.
А ему ли Ирхарину не знать, сколько там, в руководстве завистников и любителей присваивать чужие заслуги? Любителей и завистников, которые, ради малейшей возможности выслужиться перед короной не задумываясь, пустят его, в расход.
Орк, спрятал мешочек с диадемой в карман, поднялся и вышел на улицу. Пересёк скромный двор и приоткрыл грубую дверь приземистого сарая. Из темноты доносился храп дюжины глоток.
- Грорх, зайди ко мне, - негромко сказал Ирхарин в темноту, после чего вернулся в свою комнату.
Эпизод восьмой
Скрут повернулся и быстрым, размашистым шагом двинулся к подворью кузнеца. Хульдра едва поспевала за ним. Собственно, этого мужчина и добивался, вырваться вперёд. Уж больно не хотелось светить перед спутницей своё лицо, на которое, невзирая на отчаянные усилия, наползала глупая улыбка, да вдобавок тянуло расхохотаться.