Сам отсек несколько удивил мужчину тем, что это теперь было самое обычное четырёхместное купе, хотя несколько больше, чем принято в земных поездах. А он-то думал, что здесь всё будет однотипным, как он привык. Хотя чего тут, пусть и порождают схожие проблемы схожие решения, но это не значит, что идентичные.
И в самом купе-отсеке действительно было уютно. Шёлковые занавески, балдахины, обилие живых цветов. На фоне этого их с Хульдрой обиталище было совсем уж аскетичным.
- Нужно будет при случае хотя бы полевых цветов нарвать, - поставил себе мысленную зарубку Скрут, наслаждаясь как пением птиц, звонкими голосами эльфиек.
И правда, хозяйки тараторили без умолку, потому вскоре гости знали, что девушки учатся на первом курсе магической академии и ещё не выбрали будущие специализации. А сейчас у студентов каникулы и потому они путешествуют домой в Луносвет.
Конечно, они назвали и свои имена, но мужчина понял, что с первого раза ему с четырьмя «…силь» не разобраться, потому он поступил просто, мысленно называл их по самому заметному признаку, то есть по цвету волос: рыженькая, синенькая, зелёненькая и беленькая.
Меж тем хозяйки купе уже усадили гостей, на столике появились фрукты и плетёная бутылка вина, причём довольно внушительная.
Увы, мужчине только оставалось завидовать девушкам, да тешить себя мыслью, что вино женское и ему не понравится. Да, бесспорно, от одного бокальчика ничего не будет, но кто даст гарантию, что после одного бокальчика не последует другой, третий. Да и неизвестно, какой нюх там у орков. А портить о себе впечатление вот так с ходу не хотелось.
Однако оставаться единственным непьющим в компании, довольно неуютно. Чтобы как-то себя занять, Скрут ещё раз огляделся и его взгляд наткнулся на висящий в уголке музыкальный инструмент. На первый взгляд лютня, если судить по каплевидному корпусу, но вот гриф как у гитары, да и струн тоже шесть.
И тут неожиданно накатила такая одновременно щемящая и сладкая ностальгия. Ведь он с отрочества не расставался с эти инструментом. И даже играл в школьном ансамбле, где с такими же фанатами как сам пытался подражать модным в ту пору группам. Потом было училище и опять ансамбль, но вот по выпуску для музицирования времени становилась всё меньше и меньше. Офицерская служба она такая. Разве что на посиделках сослуживцев изредка терзал струны. А вот последние годы вовсе забросил. Интересно, а вспомнят ли руки?
Скрут приподнялся, снял инструмент, вернулся на место.
А ведь помнят руки, помнят! Вот левая кисть, знакомо обхватила гриф, пальцы правой коснулись струн. Звук несколько отличный от гитары, но такой глубокий, приятный. И сразу видно, это не ширпотреб, а как минимум, изготовленный на заказ инструмент.
Мужчина вдруг ужаснулся, а вдруг это нечто по стоимости сравнимое со скрипкой Страдивари? А он так просто, без спросу. Вон и Хульдра глядит укоризненно.
Но хозяйки отнеслись к такому самоуправству более чем благосклонно.
- О, так вы не только воин, но ещё и менестрель, - сказала рыженькая эльфийка, изящно пригубив бокал с вином, - Может, споёте нам чего-нибудь?
- Ну что вы, какой из меня певец, боюсь на вашем фоне, мой голос будет скрипом несмазанного тележного колеса.
- Не надо прибедняться. У вас, вполне хороший голос. Ну не томите, ведь наверняка хоть одну балладу знаете.
- Да, - подключились к разговору другие эльфийки, - Спойте, пожалуйста…
Хульдра молчала и с лёгкой улыбкой смотрела на своего спутника, как бы вопрошая, - Ну что, нарвался? Как выкручиваться будешь?
Это стало последней каплей. Скрут поёрзал седалищем, устраиваясь более удобно. Ещё раз коснулся струн, взял несколько аккордов. С удовлетворением отметил, что инструмент отлично настроен.
Вот только, что спеть? Не «поручика Голицына» же, или того похлеще, «фею из бара», не поймут. А то, что более универсальное страшно, вдруг не вытянет.
И тут мелькнула мысль, - А почему бы и нет? – попробовать что-то из собственных потуг рифмования.
Выполнив короткое вступление, больше для того чтобы понять окончательно инструмент, Скрут заговорил, - Я не могу уже точно сказать где и когда слышал эту легенду, но дерзнул положить её на стихи. Простите, если что не так, - и снова тронул струны.
Коль случилось, быть любви напрасной,
То забудь, и нечего жалеть,
Храбрый эльф, с эльфийкою прекрасной,
Убежать решили, бросив "Плеть".
Разорвать, смогли проклятье крови,
Да увы, к погоне брошен клич,
Во главе, сурово хмуря брови,
Торопил дракона вечный Лич.
А глупцы, поверив безмятежность,