— А что бы вы хотели делать, если бы не думали о просмотрах и лайках?
Ника задумалась, медленно помешивая ложечкой остатки шоколада.
— Рассказывать истории, — сказала она наконец. — Настоящие истории о том, как люди живут, о чём мечтают, что их пугает. О книгах, которые меняют жизнь. О фильмах, после которых хочется стать лучше. О том, как найти красоту в обычном дне... — Она осеклась. — Извините, наверное, звучит наивно.
— Ничуть, — быстро возразил Матвей. — Напротив, очень... человечно.
Они помолчали, и в этой тишине было что-то тёплое, располагающее. Матвей вдруг понял, что совершенно забыл о научных целях и просто слушает девушку, которая оказалась гораздо интереснее и глубже, чем он предполагал.
— Ладно, — сказала Ника, словно приняв решение. — Давайте попробуем. Но у меня есть условия.
— Слушаю.
— Во-первых, не превращайте меня в какого-то интеллектуала за одну ночь. Подписчики заметят резкие перемены и начнут подозревать неладное. Во-вторых, — она посмотрела на него серьёзно, — если почувствую, что вы используете меня только как материал для своей работы, сотрудничество закончится. Я и так слишком часто ощущаю себя экспонатом в музее.
— Согласен, — сказал Матвей, хотя второе условие заставило его внутренне поёжиться. Разве не именно этим он и собирался заниматься?
— Тогда давайте начнём с малого. — Ника достала из сумки блокнот и ручку. — У меня есть идея для нового формата. Хочу попробовать снимать короткие видео о местах в Москве, которые связаны с литературой. Дом-музей Пушкина, Патриаршие пруды, где жил Мастер из булгаковского романа... Думаете, подписчики заинтересуются?
Матвей задумался. Идея была неплохой — достаточно легковесной для массовой аудитории, но с возможностью углубления в более серьёзные темы.
— А если добавить интерактивности? — предложил он. — Пусть подписчики сами предлагают места. Или устраивайте небольшие квесты — показываете фрагмент текста и просите угадать, где происходило действие.
Глаза Ники загорелись:
— О, да! А ещё можно приглашать в кадр людей, которые хорошо знают эти места. Экскурсоводов, писателей, просто любителей литературы...
— Или студентов филфака, — добавил Матвей. — Они с удовольствием поделятся знаниями.
— Отлично! — Ника быстро записывала в блокнот. — А вы могли бы... ну, иногда появляться в кадре? Рассказывать что-то интересное о писателях или их произведениях?
Матвей почувствовал, как сердце пропускает удар. Появляться в её видео? Быть частью её мира?
— Я... не уверен, что подхожу для роли ведущего. Немного скован перед камерой.
— Ничего страшного, — улыбнулась Ника. — Я научу. Знаете, есть одна хитрость — нужно представить, что рассказываешь не незнакомым людям в интернете, а лучшему другу. Тому, кому можешь доверить всё самое важное.
Что-то в её интонации, в том, как она произнесла слова "лучший друг", заставило Матвея почувствовать странное тепло в груди.
— Хорошо, — согласился он. — Попробуем.
— Замечательно! — Ника закрыла блокнот и посмотрела на часы. — Ой, уже поздно. Мне нужно ещё смонтировать завтрашнее видео...
— Конечно. — Матвей поднялся вместе с ней. — Когда начинаем?
— А что, если завтра? — предложила она, натягивая пальто. — Встретимся у памятника Пушкину на Тверской. В два часа дня. Начнём с классики.
— Договорились.
Они вышли из кафе вместе. На улице был мороз, и их дыхание превращалось в маленькие облачка пара. Ника завязывала шарф, а Матвей вдруг заметил, как изящно изгибается её шея, как мягко падают на плечи выбившиеся из косы пряди волос.
— До встречи, Матвей, — сказала она, и её голос звучал тепло, словно она действительно была рада знакомству.
— До встречи, Ника.
Она пошла в сторону метро, а он остался стоять, глядя ей вслед, пока её силуэт не растворился в толпе прохожих и свете уличных фонарей.
Вернувшись домой, Матвей сел за стол и открыл блокнот, который вёл для исследования. Страница была пуста — он собирался записать первые наблюдения об объекте изучения, но слова не складывались.
"Объект", — повторил он про себя, но слово показалось неуместным, даже оскорбительным. Ника была не объектом, а... кем? Партнёром по проекту? Коллегой? Просто девушкой, с которой интересно разговаривать?
Он попытался записать что-то научно звучащее: "Субъект демонстрирует противоречие между публичным образом и частной личностью..." Но тут же зачеркнул написанное.
Вместо этого рука сама вывела: "У неё удивительно выразительные глаза. Когда она говорит о брате, в них появляется такая боль, что хочется обнять её и сказать, что всё будет хорошо."