Он остался стоять в опустевшем зале, размышляя о том, что произошло. Что если самые глубокие истины о человеческой душе нельзя постичь с помощью научного метода? И что если обычная девочка, которая снимает видео о повседневной жизни, хранит в сердце такую боль и такую любовь, что способна понимать поэзию лучше учёных? Какую тайну знал её погибший брат? И почему встреча с Никой заставила его забыть обо всех научных планах?
Матвей не подозревал, что через несколько дней случайность сведёт их снова, и тогда граница между научным анализом и живым переживанием, между изучением чувств и их проживанием окажется не такой определённой, как представлялось в безопасном мире формул и теорем.
Глава 1: Эксперимент начинается
Утро после конференции встретило Матвея Рубинштейна холодным февральским ветром, который пробирался сквозь окна старого особняка на Остоженке, где располагался научный центр МГУ. Высокие потолки кабинета профессора Волкова казались ещё выше в этот ранний час, когда солнце едва пробивалось сквозь заснеженные стёкла, создавая причудливые узоры света и тени на книжных полках, уставленных томами по психологии, социологии и когнитивным наукам.
Матвей сидел в кожаном кресле напротив массивного дубового стола, где профессор неторопливо перелистывал страницы вчерашнего доклада. Анатолий Сергеевич Волков — человек, чьё имя упоминалось в научных кругах с почтением, автор восьми монографий по психологии масс и социальному поведению — выглядел моложе своих пятидесяти пяти лет. Седые виски, проницательные карие глаза за очками в тонкой оправе, безупречно выглаженная рубашка и галстук — всё в его облике говорило о человеке, который привык к дисциплине и порядку.
— Интересная работа, Матвей, — наконец произнёс профессор, откладывая последний лист. — Нейролингвистическое воздействие поэзии на эмоциональные центры мозга... Впрочем, после вчерашнего выступления у меня к вам появилось предложение совершенно иного характера.
Матвей выпрямился в кресле, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. Всю ночь он прокручивал в голове события конференции, пытаясь понять, что именно произошло в тот момент, когда девушка из заднего ряда подхватила цитату из Фета. Её голос до сих пор звучал в его ушах, а взгляд, полный неожиданной боли, не давал покоя.
— Я слушаю, Анатолий Сергеевич, — сказал он, стараясь сохранить нейтральный тон.
Профессор встал и подошёл к окну, глядя на заснеженный двор, где студенты спешили на лекции, кутаясь в тёплые пальто.
— Знаете, Матвей, современная наука всё больше интересуется феноменом цифрового поколения. Как социальные сети влияют на формирование личности? Каким образом виртуальная реальность меняет паттерны поведения подростков? Что происходит с эмпатией в эпоху лайков и репостов? — Он повернулся к Матвею, и в его глазах появился заинтересованный блеск. — У меня есть контакты в Кембридже. Они готовы предоставить грант на исследование в размере пятидесяти тысяч фунтов стерлингов. Но нужна работа, которая произведёт настоящий фурор в научном сообществе.
Матвей почувствовал, как воздух в кабинете вдруг стал плотнее. Пятьдесят тысяч фунтов — сумма, которая открывала дорогу в любой университет мира. Кембридж, о котором он мечтал с четырнадцати лет, когда впервые прочитал работы Стивена Хокинга о природе времени и пространства.
— Что именно вы предлагаете? — спросил он, стараясь не выдать волнения.
— Я предлагаю вам стать первым исследователем, который изучит феномен влогинга изнутри, — профессор вернулся к столу и достал из ящика толстую папку. — Не как сторонний наблюдатель, анализирующий готовые материалы, а как участник процесса. Погружение в среду, антропологический подход. Выберите объект исследования среди популярных блогеров, войдите в доверие, станьте частью их мира на месяц-два. И тогда у вас будет материал для работы, которая перевернёт представления о поколении интернета.
Сердце Матвея билось так громко, что он боялся — профессор услышит. Возможность, о которой он не смел даже мечтать, внезапно оказалась в пределах досягаемости. Кембридж, собственная лаборатория, признание в научном мире...
— Но как я смогу стать частью их мира? — спросил он. — Я не разбираюсь в блогинге, не понимаю их логики...
— Именно поэтому ваше исследование будет ценным, — улыбнулся профессор. — Взгляд со стороны, но изнутри. Свежий взгляд учёного на явление, которое пока изучали только журналисты и маркетологи. У вас есть аналитический ум, способность к систематизации. А объект исследования... — он задумчиво посмотрел на Матвея, — думаю, после вчерашнего вечера у вас уже есть кандидатура.