– Это самые крутые. Остальные уровнем ниже или вообще слабы. Далеко не пройдут. Но в основном они объекты для игры крутых. Двадцать шесть из цивилизации троев, а остальные пилоты из других далёких цивилизаций. Когда их выбьют, тогда и начнётся настоящая игра. Хотя у некоторых слабых аппараты хорошего класса, скоростные и маневренные. Их оружие, в основном, автоматические пушки небольших калибров, но у некоторых на шарнирных турелях, бьют во все стороны и могут пробить защитное поле, так что будь внимателен. Но на трассе главное мозг и удача. Но если нет мозгов и удача не поможет. Хотя, на тебя почему-то многие ставят и потому твой рейтинг в верхней части тотализатора, – Марчела умолкла.
Подождав несколько мгновений и поняв, что навигатор сказала всё, что узнала о соперниках, Мартов погасил панель участников гонки и заговорил сам.
– Ты считаешь, что у меня нет мозгов, если отнесла меня к остальным? – в его голосе послышалась ирония.
– Мозги у тебя, возможно, есть, а вот опыта нет. Сколько раз ходил в астероидном поясе?
– Один! – Мартов негромко хмыкнул. – И не менее полутысячи в тюрьме. Я хорошо помню все крупные астероиды по своему пути.
– Я узнала, что Ври Ккер не вылезает из астероидного пояса. Наверное уже все астероиды с завязанными глазами узнаёт. Какой перед ним и где следующий находится.
– Бестолковое дело их запоминать если часть их уничтожается в каждой гонке, часть раскалывается и образуются новые. Считаю бессмысленная трата памяти. Уж лучше учиться рационально выбирать маршрут.
– Научился?
– Относительно.
– Смотри не ошибись.
– Постараюсь!
Мартов поймал себя на мысли, что зевса, действительно, разговаривает с ним, как профессионал с незадачливым пилотом, будто она была навигатором уже не на одной «Формуле смерти». Насколько он помнил: прежде она такой деловой хватки не проявляла.
– И имей ввиду, – продолжил звучать в кабине лаггера твёрдый голос Марчелы Трутт. – Некоторые пилоты, умудряются наделять астероиды ловушками. В основном это мины, активируемые автоматически приблизившимся к астероиду металлическим цербором. Иногда это ракеты. Но мину гораздо легче спрятать в неровностях астероида. Это запрещено и организаторы перед гонкой обязательно сканируют астероидное поле по трассе гонки на взрывоопасные предметы. Но современные технологии позволяют создавать очень хитроумные взрывчатки, которые остаются организаторами ненайденными.
– Принято! – Мартов механически кивнул головой.
– И имей ввиду: хотя гонка называется «Формулой смерти», гибнут в ней немного пилотов – три-четыре. Цербор имеет хорошо защищённый кокпит и при взрыве цербора, он выбрасывается из летательного аппарата и его подбирает служба безопасности. У лаггера такой надёжной защиты нет, как и его защитное поле возможно не на высоте для гонки смерти. Единственное твоё преимущество – скорость и мозги. Всё! Красный загорелся. Скоро старт. Удачи! – донёсся шумный вздох зевсы.
– К чёрту! – механически вырвалось у Мартова.
Его губы невольно вытянулись в усмешке от того, что зевса могла понять это выражение, как оскорбление в свой адрес. Но она промолчала.
Поёрзав несколько мгновений по креслу пилота, устраиваясь поудобнее, Максим Мартов уставился в терминал над выходным проёмом бокса, который уже светился жёлтым цветом.
Прошло ещё несколько томительных мгновений и терминал вспыхнул зелёным цветом и в тот же миг силовая вуаль, натянутая на выходной проём бокса исчезла, открывая чёрному блестящему лаггеру, управляемому землянином, путь в космическую гонку – «Формула смерти».
***
Хотя Максим ожидал это событие, но зелёный, разрешающий цвет старта, вспыхнул для него как-то неожиданно, что он замешкался и на несколько мгновений опоздал со стартом и когда его лаггер вынырнул из своего бокса, то землянин увидел лишь длинный ряд быстро удаляющихся огней от движителей болидов соперников. Двигать жёсткий акселератор до упора было бессмысленно из-за ограничений по скорости при старте и он двинул до упора лишь регулятор прозрачности статитовой крыши лаггера, делая её полностью прозрачной.