На тайный совет позвали только самых доверенных людей - нельзя было рисковать, ведь неизвестно, сколько сообщников среди старших может оказаться у этой самозваной обды, которая якобы вернулась. Вне подозрений были те, кто пострадал перед памятной ночью, лишь заместитель секретаря по-прежнему обретался под стражей (но ввиду совершенно иных причин), а секретарь еще не вернулся с границы. Активной участницей была и наставница полетов, без которой, как признавали все, жизнь Института окончательно полетела бы кувырком. В уголке примостились сторож и толстая ключница. Их обычно не звали даже на простые советы, но сегодня сделали исключение.
- Итак, - директор обозрел комнату и остался удовлетворен увиденным. - Всем, полагаю, известно, какие события послужили причиной этого собрания. Сам я пропустил почти все, поскольку летал в столицу по срочному вызову наиблагороднейшего. Когда я прибыл в Мавин-Тэлэй, выяснилось, что вызов был подделкой. Конверт с письмом подбросили в утреннюю почту, из чего можно сделать вывод, что предатель может иметь связи даже в почтамте. Теперь я прошу всех высказывать мнения и предложения. Если кто-либо знает компетентных свидетелей, то рекомендую вызывать их незамедлительно.
Слово взяла наставница полетов. Это была мускулистая, широкая в кости женщина с волевым обветренным лицом и волосами цвета мокрой соломы, убранными в тугой аккуратный узел. Она пересказала все события минувшей недели, начиная с ночного визита ключницы и до увешивания балюстрады главной лестницы золотистыми ленточками.
- Таким образом, - подытожила наставница полетов, - можно заключить, что обда и ее сообщники действуют с возмутительной наглостью, словно уверенные в своей неприкосновенности. И я не могу пока разобрать: то ли детская наивность тому причиной, то ли их уверенность имеет все основания.
- Судя по тому, что мы до сих пор не поймали ни одного сторонника обды, в наивности их сложно заподозрить, - заметил помощник директора в политическом отделении. - Чувствуется чья-то твердая и решительная рука. А еще хитрый изворотливый ум. Взрослого, а не ребенка.
- Обда все это! - хрипло каркнула из своего угла толстая ключница.
- Последнюю обду Принамкского края подняли на острия ортон и пригвоздили к собственному трону четыреста девяносто восемь лет тому назад, - язвительно напомнила наставница истории.
- Тогда почему вот уже неделю кряду весь Институт гудит о ней? - наставница полетов тоже умела язвить.
- Прекратить пустые споры! - велел директор. - Объявляю голосование: кто считает, что в Институте действует новая обда, со всеми вытекающими последствиями?
Поднялось около пятой части рук. В их числе - руки наставницы полетов и ключницы.
- А кто полагает все речи про обду байкой для поднятия смуты?
На этот раз рук было куда больше половины.
- В таком случае, - подытожил директор, - сейчас мы будем решать...
- Простите, - негромко, но веско перебила наставница дипломатических искусств.
Все прошедшее время собрания она молчала, и в голосовании не участвовала. Однако присутствующие знали, каков на самом деле статус этой незаметной женщины. Ведь это держалось в большом секрете. А, как известно, нет на свете такого "большого секрета", который не знали бы все.
- Да-да? - учтиво кивнул директор, делая вид, что никто его на самом деле не перебивал, а он сам решил вдруг замолчать на середине фразы.
- По моим источникам тоже поступали сведения, что в Принамкском крае некоторое время назад родилась новая обда, - наставница дипломатических искусств говорила вроде бы скучающе, но во время ее речи стало так тихо, что из-за закрытых окон было отчетливо слышно, как на летном поле чей-то ломающийся бас от души поминает крокозябру и ее мать. - А совсем недавно было установлено, что девочка получает образование в Институте.
- Откуда это известно? - резко спросил заместитель директора.
Вместо ответа наставница дипломатических искусств с загадочным видом посмотрела наверх. Кто-то сказал: "О-о...", и все приняли к сведению.
- И сколько же лет должно быть обде?
- Примерно от десяти до двадцати.
- То есть, это четвертый-десятый год. И ты полагаешь, госпожа, что маленькая девочка способна спланировать и удачно осуществить подобное?
- Если она и впрямь обда - то вполне, - это уже сказала наставница истории. И она больше не язвила. - Вы забыли, господа, что такое обда. У нее с раннего детства разум взрослого человека и необычайная интуиция. К тому же, как бы это ни было прискорбно, обде благоволят высшие силы, а с божеством даже наиблагороднейшему не потягаться, да простит меня Орден за эти слова.
- Но ведь свергли обду тогда! - не согласился заместитель директора.
- То уже и не обда была. Высшие силы отвернулись от нее за пятнадцать лет до свержения. Последняя обда нарушила какой-то кодекс или договор, за что поплатилась.
- А наша, судя по всему, ничего нарушать не собирается, - вздохнула наставница полетов.
- Значит, дело за малым, - подал голос сторож, - найти негодяйку.
- Под описание подходит больше тысячи воспитанниц, - охладила его пыл наставница полетов. - А если мы начнем проверять каждую, то виновница непременно что-то заподозрит и постарается скрыться.
- У меня есть еще некоторые сведения, - проговорила наставница дипломатических искусств. - Они не слишком надежны, поскольку получены из низов. Обдой может оказаться девица с седьмого-девятого года. Я не говорю "с десятого", потому что это выпускной год, она проявила бы себя раньше. И все эти события, судя по логике, имели далеко идущие цели, каких не достичь, если покидаешь Институт спустя несколько месяцев. Ведь июнь уже на исходе, а выпускные экзамены в начале осени. Также обда светловолоса.
- У нас черноголовых - раз, два и обчелся, - хмыкнула на это наставница истории.
Темные волосы - признак уроженца Западных гор, а они находятся в глубоком ведском тылу. Хотя горцы уже множество лет не воюют с Принамкским краем, добровольно к нему присоединившись, покидать владения они не любят. Даже среди ведов черные или каштановые волосы - редкость. А уж на землях Ордена - и подавно.
- Но должны же быть хоть какие-то свидетели, если обда и впрямь все это провернула! - воскликнул наставник политического воспитания.
- Мы уже опросили всех возможных свидетелей, - устало проговорила наставница полетов. - Никто из них не в состоянии сказать что-либо путное. Эта обда - словно дух лесной, да простят меня высшие силы...
- Как же - нет толковых свидетелей? - удивилась молоденькая наставница арифметики. - А эта девочка, длинноносая такая, ее в последнюю очередь вызвали. Я помню, с ней проговорили больше часа. Неужели и она ничего не сумела сказать?
- Какая еще длинноносая? - насторожилась наставница дипломатических искусств. - Ченара что ли?
- Климэн Ченара, летчица, девятого года, - кивнула наставница полетов. - Ее действительно сначала посчитали за ценного свидетеля. Но это было ошибкой.
- Почему же поначалу?..
- Ее имя часто упоминали прочие очевидцы. Именно Клима первой нашла госпожу помощницу директора во врачевательском отделении и подняла шум. Именно от Климы господин сторож узнал о несуществующей эпидемии в Кивитэ. Также некоторые присутствующие здесь господа и заместитель секретаря упоминали о девице с необычайно длинным носом.
- И что же? - спросил директор.
- Она непричастна, - уверенно сказала наставница полетов. - Девочка просто оказывалась в ненужное время в ненужных местах.
- Да, Клима Ченара не может иметь к обде никакого отношения, - подтвердила наставница дипломатических искусств. - Она даже и слова такого до недавних пор не знала. Глуповатая, но исполнительная уроженка какой-то отдаленной деревеньки. Отдаленной во всех смыслах: и от войны, и от столицы.