— Не боись, навигация по компасу, — его рука поднимается в приветственном салюте, однако машина послушно берёт левее.
— Очень успокаивает, — Гера согласно кивает головой, — особенно если учесть, что полюса здесь «плавающие».
В такой атмосфере любое путешествие проходит быстро и очень нескучно. Хотя поездка на колёсном транспорте, давно уже неиспользуемом на Земле, сама по себе тянет на приключение, сродни катанию на «американских горках». Остановились резко, будто в невидимую стенку врезались. И Гера невольно поблагодарила дурацкие правила безопасности, по которым машина не двигалась с места пока пассажиры не будут как следует зафиксированы в кресле. Хороша бы она сейчас была, попробовав лбом на крепость если уж не ветровое стекло, то переднюю панель точно.
— Приехали.
Гере с трудом удалось собрать мысли в кучку:
— Приехали в смысле, что добрались до нужной точки или в том же что приплыли или допрыгались?
— В том, что именно так выглядит въезд в аномальную зону — отрубается всякая автоматика.
Фёдор знал о чём говорил, для него это была уже не первая такая вылазка.
— А назад как? Пешком или ты собираешься поднять и оттащить наш транспорт немного назад? — она выразительно приподняла одну бровь и смерила недоверчивым взглядом худощавую фигуру своего спутника.
— На ручном управлении, — он скорчил пренебрежительную гримаску, и перебрался в заднюю часть машины, где хранились маски и баллоны с дыхательной смесью. Дальше разговор пошёл в более серьёзном тоне. — Сейчас выходим, смотрим что там такое, и прикидываем, что мы можем сделать прямо сейчас. Без нужды не рисковать, незнакомое не трогать, даже близко не подходить. С собой берём только самые простые приборы, но и на их показания не стоит слишком полагаться.
— А как я пойму, что там находится природный портал, ну или что-то на него похожее (не будем прямо так утверждать, раз уж специалисты не уверены), если электроника не работает.
— Если там находится слабая точка пространства, это я тебе и так скажу, без всяких подручных устройств.
— Ну и в чём тогда смысл моего здесь пребывания? — она придирчиво осмотрела маску, прежде чем натянуть её на лицо.
— Как в чём? — он сделал «страшные» глаза. — А кто будет держать меня за ручку, что бы я не испугался? Я не могу без сопровождения.
— Пошли уж, пугливый ты мой, — и она потянула Фёдора к двери, с которой ещё пришлось дополнительно повозиться, чтобы открыть, и застыла едва выбравшись наружу. — Я всё ни как не могу привыкнуть к местному громадному солнцу, — Гера искоса глянула на огромное светило, зависшее прямо над их головами.
— А мне пришлось долго и трудно привыкать к виду открытого неба, ну и солнца тоже, заодно. На моей родине, знаешь ли, не везде его можно увидеть. Только если подняться к самым вершинам деревьев или в горах, там деревья растут намного реже и небо видно прямо с земли, — голос эльфа стал мечтательным, как всегда, когда он принимался всерьёз вспоминать свой мир. — Ты, кстати, не хочешь там побывать?
Не смотря на лёгкий тон каким Фёдор произнёс эту фразу, Гера поняла, что сейчас ей был задан Очень Серьёзный Вопрос, а потому прежде чем отвечать, обратилась к самой себе. Хочет? Или не хочет? И поняла, что чтобы на него ответить, требуются дополнительные разъяснения.
— Родителям меня представить хочешь?
— Нет. Лесу.
И та серьёзная торжественность, с которой он произнёс это: «Лесу», глядя ей прямо в глаза, ясно говорила об истинном смысле предложения. Всё-таки права была Кио, когда говорила, что столетние эльфы очень рассудочные существа. Прежде чем тащить избранницу к алтарю, следовало убедиться, что они друг другу действительно подходят. И, как ни странно, ей такая осмотрительность импонировала. Ну и уж что греха таить, побывать в родном мире эльфов жуть как хотелось. Её ответное «да» прозвучало решительно и в то же время непринуждённо.
Стоя под жгучим солнцем чужого мира и прижимая к груди любимую, уже давно любимую, девушку, Фёдор откровенно досадовал: вот же выбирал-выбирал подходящий момент, а выбрал! И не поцеловать даже — на обоих эти дурацкие намордники.
— И когда свершится это эпохальное событие? — Гера чувствовала себя ребёнком, которому ещё в марте пообещали на Новый Год плюшевого мишку размером с бегемота. Тяжкий вздох эльфа был слышен даже через маску.
— Пошли, что ли, посмотрим, что там такое? — действительно, глупо вот так просто стоять посреди негостеприимной каменистой равнины, когда можно по-быстрому покончить с делами и переместиться в более комфортабельные условия. Впрочем, вперёд они двинулись не торопясь. Согласитесь, сложно поддерживать спринтерскую скорость, гуляя в обнимку. Может поэтому, остановились на самом краю искомой аномалии, а не влетели в неё со всего маха. Шли-то, любуясь приближающейся с каждым шагом радужной пирамидой и не особенно глядя под ноги. А там оказался странный поток. По извилистому руслу, в каких в обычное время на Земле можно было бы ожидать увидеть ручей, тёк песок. Светлый, чуть голубоватый, точно такой, какой скрипел под подошвами ботинок, только почему-то этот струился, утекая за грань видимости, в какой-то провал, словно вода.