Рассудительный Эзра вместо распыления по направлениям создавал десятки клонов для отработки чего-либо конкретного, а когда оставалось два лучших клона, то опыт одного присваивал, а из другого создавал мемо-кристалл, чтобы вдумчиво осмысливать процесс эволюции и обретения опыта, тем самым значительно повышая эффективность своих учебных тренировок, а то юноша уже задолбался учиться и хотел уделять больше времени своим хобби и развлечениям.
Эзра понимал, что неизбежно его столкновение с Дарт Вейдером, поджидающим на Лотале. В преддверии встречи он тщательно подбирал тактики, комбинации атак и защит. Как показал опыт спаррингов форс-теневых клонов, даже слабая Волна Силы нивелировала C-ранговое футондзюцу великого порыва. Защитить себя от Толчка Силы можно либо собственным Толчком или Барьером Силы, либо сендзюцу, а простые стихийные ниндзюцу вроде ледяной стены легко проламывались, всё-таки при прочих равных Сила могущественней Чакры, пусть и менее разнообразна в применении.
Регулярные спарринги с Асокой подтвердили то обстоятельство, что Силовое предвиденье, направленное на предугадывание действий Эзры, не срабатывает, но именно на предугадывании действий противников строится джедайский стиль боя. Поначалу это неприятное открытие слегка ошеломляет, но и Кэнан когда-то, и Асока в итоге приноровились, сориентировав Силовое предвиденье чисто на себя. Так что в битве против такого многоопытного Силовика, как Дарт Вейдер, этот козырь быстро покроется, тем более, с него придётся сразу ходить, ибо сколь-нибудь долго строить невинную овечку, как с гранд-инквизитором, вряд ли получится, особенно с учётом обязательных для его должности отчётов в Инквизиторий.
Будучи в Сеннин Модо и движении, юноша всё ещё не мог копить сенчакру, пока не замирал, желательно в позе лотоса, как в детские годы, когда еле-еле копил чакру. Пришлось озаботиться элементами нательной брони, дабы разместить на себе два-три якоря сендзюцу альковного чертога с собирающими шизен клонами внутри. В режиме мудреца Эзра оттачивал всего несколько сендзюцу на основе ниндзюцу: косяк сосулек, зеркально-ледяной щит, вихрь, порыв и молния. Первые три многогранны и легко трансформируемы, последние два классно сочетаются с Силой.
Одним из достижений Эзра мог бы гордиться – при помощи нескольких стихийных теневиков он создал сендзюцу альковного чертога со внутренним пространством в более чем полтора десятка метров во все стороны. Там он создал форс-теневых клонов, распределив их по граням и снаружи доказав, что невидимость в Силе обеспечивается за счёт свёртки пространства и что для преодоления нужно суметь проскользнуть сквозь лабиринт складок. Оставшиеся клоны испытали в себе незабываемое ощущение многомерной карусели, когда прайм дорастил кристалл снежинки, несколько десятков раз хаотично провернув свёртку, а потом ещё раз и ещё, и ещё, пока не отыскал взаимосвязь, обеспечивавшую склейку внутреннего кармана с внешним, односторонне минуя граничную обёртку. Нащупать-то нащупал, но разобраться мозгов не хватило. Непонятно как работающее дзюцу подобно гранате в лапах лот-кота – это безусловно напрягало форс-сеннина. Зато внутри крупного кармана появилась долгожданная возможность вдосталь попрактиковаться в трёх Силовых приёмах на некогда пойманных им имперских коммандос, вполне сносно переживающих стазис и запечатывание, плюс новые пленники гуманоидного и антропоморфного типа – целенаправленно выявленные на Брентаале перекупщики рабов. Отработка Телепатии и Обмана Разума пополнилась полезнейшим Прояснением Разума, что Асока так любит применять в постели. Заключив сделку с совестью, тренировался в Эмпатии Силы, Параличе Силы, Ужасе Силы и противоположной ему Эйфории Силы.
Эзра после общения с Асокой сообразил, что тяга к экспериментам над другими суть влияние Тёмной Стороны Силы, воздействующей на червоточину, возникшую от иной оценки действий Забузы по ковке из Хаку своего живого оружия. Сообразил и постарался обуздать эту страсть, взять под контроль, ограничиться мразями. Среди захваченных на Брентаале были и женщины, однако исследования корней телегонии начались на примерах спаривания лабораторных разновидностей мышей, поскольку на животных явление тоже распространялось и звери чисты эмоциями и мыслями, присущими разумным и загрязняющими эксперимент. Так же клоны-доспехи активно повышали ранг ниндзюцу замены, недалеко перемещаясь как с каменным грузом, так и с комнатными собачками, и охранными неками.