- Чертов Свифт. Убирайся! Тебя здесь не жалуют! - Старик заковылял прочь, еще раз обернувшись и выругавшись.
- Да что могло произойти за один короткий непримечательный год. - Он толкнул дверь, оказываясь внутри. На лице сразу появилась улыбка. Он увидел Дасти Уэлса. Бедолага до сих пор здесь работал. Он не взглянул на вошедшего, продолжая натирать бокалы с серьезным видом. Он тоже немного повзрослел. На лице появилась щетина, и он возмужал. Дин прошел к барной стойке, за которой было пусто. Их места никогда никто не занимал.
- Дасти, двойной, пожалуйста. - Бармен так и замер, медленно поднимая глаза. Узнал голос, думал, показалось. Но нет. Уставившись во все глаза на Дина он резко выдохнул, отшатнувшись назад.
- Свифти? - Прошептал он неуверенно. - Боже … - Он не знал, какие эмоции стоило испытывать. Он даже сначала улыбнулся слегка, не ожидая увидеть его здесь когда-либо еще. Но шок понемногу отступал, и на его лице появилась печаль и осуждение. - Тебе здесь не рады. - Сказал он уже серьезно, закидывая на плечо полотенце и убирая чистые бокалы.
- Да все так говорят. - Дин еще раз обернулся на немногочисленный народ. Все собравшиеся бросали в его сторону косые взгляды. - Шарлотту видел только что, замуж вышла! Вот так новость. - Дасти смотрел исподлобья, не проявив положительных эмоций. Но все же перед Дином возник стакан с виски. - Благодарю. Вот ты мне скажи. Меня не было всего лишь год. Что блять могло произойти за один чертов год! - Он отчаянно засмеялся, выпив. - Я был на старой квартире. Никого. Может, ты знаешь, куда свинтил Паркер? Подлец не оставил даже записки. - Дасти посмотрел на него очень внимательно в миг покрасневшими от влаги глазами.
- А ты … разве не знаешь … - Спросил он тихо.
- Не знаю чего? - Дин усмехнулся, снова приложившись к бокалу.
- Паркера больше нет. - Дин так и замер с бокалом в руке. Дасти смотрел с сожалением и болью, стараясь не дать воли эмоциям.
- Что? То есть … как? - Он мотнул головой, не понимая поступившей информации. Дасти закусил губу, посмотрев на потолок и чаще заморгав глазами. И Дин понял, что тот говорит совершенно серьезно. - Боже … я не верю. Что случилось? Нет, не может этого быть. Не может. - Он поставил бокал на столешницу и запустил пальцы в волосы. Дасти поставил перед ним всю бутылку и тоже взял бокал. Пить на работе, было строго запрещено, но его это, кажется, совершенно не волновало. Он залпом опрокинул содержимое бокала, наливая еще.
- Ты и правда не в курсе, я смотрю. Хочешь знать? - Спросил он с горечью. Дин лишь кивнул, не в силах что-либо произнести. Это было просто невозможно принять. Как бы он не относился к Паркеру, сейчас в это просто не верилось.
- А вот я в курсе всего. Твой поступок повлек за собой непоправимое. - Свифти закрыл глаза, понимая, что Дасти был прав. Он лишь кивнул, ожидая продолжения.
- После того, как вы расстались с Мэйсоном на мосту, - продолжил Дасти холодным тоном, - он отправился на базу, выкупать ваши жизни, понимал, что в этом все дело, и был готов заплатить.
========== Никогда, ты же знаешь ==========
(День откупа)
« Собравшиеся в большом зале люди ждали уже около двух часов. Они активно обсуждали свои дела, делились идеями и предположениями на этот счет. Наконец, железная дверь отъехала в сторону, являя собою довольного Смоука. Он подтолкнул Мэйсона в спину, заставляя пройти в зал. На нем была огромная бордовая рубашка Смоука, доходившая едва ли не до колен и кеды.
- Это случилось! - Заликовал Смоук и ему громко поаплодировали, одобряя случившееся. Гул собравшихся был невыносим. От него болела голова, а перед глазами все перемешалось. Они что-то кричали, свистели и хлопали в ладоши, радовались. - Все вы помните Мэйсона Хэмерсона? - Спросил он, на что получил одобрительные ответы и злые фразы в сторону жертвы.
- Ну что, котенок, добегался! Сейчас мы тебя наказывать будем. Готовься. - Отозвался кто-то. Мэйсону захотелось рассмеяться в лицо каждому. Он помнил заговорившего, кажется вторая или третья сделка. Точнее не сказать.
- Развлекайтесь, он ваш. - Сказал Смоук, закрывая дверь и оставляя его зверской толпе. На душе было скверно. Да, он получил его, долго ждал, и он был великолепен, на столько, что плохо становилось. Вопреки всему, его чувства к этому человеку стали только сильнее и болезненнее. Унижение, которое он совершил, не сломало парня, не оскорбило. Напротив, таковым себя чувствовал Смоук, и хотелось застрелиться. Он ненавидел его за это. Надеялся, что остальные смогут наказать его в полной мере. Сам он потерял голову сразу, как только прикоснулся к нему, и Мэйсон вынес эту пытку достойнейшим образом, даже постаравшись поймать удовольствие от своего морального превосходства.
Они мучили его весь следующий день, пытаясь втоптать в грязь его достоинство и сломить волю. Пытались заставить умолять о пощаде и просить прощения. Это была жестокая и грубая месть с орудиями пыток, но все тщетно.
Он был горд собой, потому что никто из этих людей не смог перед ним устоять. А смысл его игры заключался в том, чтобы не поддаться на его провокацию. Они все проиграли. И этим актом насилия они унизили не его, а себя. Боль была адской, принятые ранее таблетки помогали лишь первое время. Но он улыбался даже тогда, когда они решили завернуть его в ковер и отправить Паркеру. Он был выше всех этих морально искалеченных людей»
- Однако травмы были слишком серьезными. - Продолжил Дасти. - Дин, по твоей прихоти его изнасиловало шестнадцать человек. Ты сломал ему жизнь! - Дин молчал. Услышанное было сумасшествием, если бы он знал, к чему все это приведет, отказался бы вступать в дела еще с самого начала. - Ты продал его Смоуку с этим поганым списком! - Свифти мгновенно ожил, подорвавшись с места.
- Это неправда. Я не знал, к чему была эта информация! Я лишь попросил взять на себя последнее дело, а он взамен попросил что-то из личных вещей Мэйсона и любую информацию на мое усмотрение. Я сделал это не специально … не специально. - Он снова сел, поникнув. Дасти с недоумением смотрел на него, потому что видел, что Дин не врал. Вот только у него была другая версия событий.
- Ты сообщил им так же адрес этой квартиры, по которому его и доставили. - Дин кивнул, подтверждая сказанное. - Паркеру только и оставалось смотреть, как он умирает. Его было уже не спасти.
- Нет. - Дин потер лицо ладонями, замотав головой. - Нет. Нет, этого не могло случиться. Дасти, нет, не говори мне этого. Он не погиб. Скажи, что он выжил. Дасти, это неправда. Я в это просто не верю. Он не мог. Нет-нет-нет. Нет. Этого не может быть. Не может. Слышишь? Не может. - Дасти сочувствующе на него посмотрел, продолжая рассказ.
- Он попросил Паркера убить его, и Паркер …
- Нет.
- Взял подушку …
- Нет.
- Ты мне дашь договорить?! - У Дина заблестели глаза от подступающих слез. Он налил полный стакан виски, выпивая взахлеб, руки тряслись, и он больше пролил. - Он так и не смог…
« Паркер накрыл его лицо подушкой, несильно надавив. Перед глазами промелькнули все годы совместной жизни и работы от первой встречи в грязном переулке до сегодняшнего дня. Слезы падали на ладони, давившие на подушку, а потом его руки вмиг ослабли, и он стянул ее в сторону.
- Нет. Нет, ты не погибнешь. Ты все, что у меня есть, весь мой гребаный мир, вся моя чертова жизнь! Я не потеряю тебя. - Он немедленно принялся снимать ремень со своих джинсов, нужно было перетянуть руку выше локтя. У него оставалась при себе доза героина на всякий случай, но это было опасно, сердце, с трудом бившееся, могло не справиться с такой нагрузкой, но зато мгновенно облегчило бы боль. Ложка, зажигалка, шприц, все делалось максимально быстро трясущимися руками. Он вздернул рукав рубашки вверх, стараясь не заострять внимание на оставленных следах, перетянул руку и ударил ладонью по венам. - Держись. - Во избежание летального исхода и последующей зависимости он уменьшил дозу на треть.