« Он очнулся ближе к ночи. Доза снотворного оказалась очень сильной. И сразу насторожила тишина. Сердце заболело, паника охватила сознание. Он дернулся, тут же столкнувшись с препятствием в виде наручников.
- Нет, нет, ты этого не сделал! Будь ты проклят! - Он немедленно начал осматриваться, продумывая дальнейшие действия. Под рукой ничего не оказалось. А наручники были закреплены так, чтобы невозможно было слезть и сдвинуть кровать с места. Он был бы рад сейчас отрезать себе руку. Но Паркер дураком не был. Не оставил и шанса на то, чтобы освободиться.
А за полночь дверь начали открывать ключом. Запахло гарью и дымом. В квартиру зашел Роберт, включая свет и сталкиваясь с затравленным взглядом Мэйсона. Он не подпустил бы его к себе близко, зная, что они были с Паркером заодно. Он сидел на кровати, след от наручников оставил в кровь стертую кожу, так сильно он пытался вырваться, но не смог.
- Мэйсон … подожди, я тебе сейчас помогу.
- Засунь свою помощь куда подальше! Где Он!?
- Обстоятельства … сложились не в нашу пользу и … - Роберт включил телевизор, где только и говорилось о большом и мощном взрыве. Глаза Мэйсона вмиг переполнились слезами, его затрясло. - У нас был план отступления, но что-то пошло не так, и взрыв произошел раньше, чем планировалось. Паркер не выжил. - Он услышал надломленный стон, обнявшего подушку человека. Он не просто поддался слезам, он умирал, сдавался, похоронив себя и свое сердце в мгновение. У него началась истерика до бесовского крика, он царапал себя, пытаясь сделать больнее. Роберт попытался подойти и помочь отстегнуть израненную руку, но Мэйсон его не подпустил, не дался. Он изводил себя до тех пор, пока уже сил не осталось, но и тогда вода из глаз не переставала течь. Роберт пытался с ним поговорить, пытался рассказать о подробностях, но он его не слышал, смотрел в потолок и дрожал от душевной боли.
На следующее утро ситуация не изменилась. Роберту пришлось применить силу, чтобы снять наручники, след требовалось перебинтовать. Но Мэйсон отказался. Отказался от воды и еды. И от жизни в целом.
- Почему бы тебе и меня не убить заодно. - Первое, что произнес он с момента прибытия Грина в квартиру. Он начал вставать и подходить к окну. Ждал его. Не верил. Мог весь день просидеть, прислонившись лбом к стеклу, продолжая тонуть в слезах. Роберт предложил ему съездить на место трагедии и убедиться лично. На что получил немое согласие. - Вернись, вернись домой, я прошу тебя. Мы были так счастливы. Зачем все это, зачем? - Он разговаривал с окном и периодически бил по нему ладонью»
- В конце концов, оставаться в этой квартире становилось невыносимым. Съездив к месту взрыва, они нашли кое-что из вещей Паркера. Бумажник, кусок сгоревшей рубашки и ботинок. Роберт не мог помочь преодолеть душевную пропасть, а потому принял решение позвонить Миллеру. Я не слишком-то знаю про этого товарища. Пришлось познакомиться. Он приехал сразу, как только смог вырваться из своей затянувшейся поездки. Он забрал Мэйсона к себе в особняк, где они прожили вместе какое-то время. Честно сказать … не нравится мне этот тип.
- Да мне собственно тоже не особо он поначалу приглянулся. Однако парнем оказался неплохим. - Отозвался Дин бесцветным тоном. Мыслями он пребывал в случившемся и пытался почувствовать масштаб эмоций, свалившихся на Компанию в его отсутствие.
- Он явно в курсе темной стороны Хэмерсона, и активно взялся за это. Я лишь раз смог приехать и навестить Мэйсона, и знаешь, все их общение окрашено порочной тенью.
- Это не новость. Таков уж Миллер.
- К счастью, месяца два назад ему снова пришлось уехать по важным делам, а Мэйсон нашел в себе силы вернуться в их с Паркером квартиру. Общение с Миллером немного его успокоило, но не избавило от скорби. Такая вот жизнь продолжается, Дин. А прошел всего лишь год. - Свифти очнулся от задумчивости, взглянув на Дасти.
- Дай мне его адрес. Хочу увидеться.
- Еще чего. И не надейся. Все это произошло из-за тебя. Ты посеял смерть. Думаешь, тебя встретят с распростертыми объятиями? Потому что ты Дин Свифт, старый добрый друг? И вообще, я сам там давно не был.
- Врешь ведь, Дасти. Вчера у него был. Я не перепутаю этот шампунь ни с чем другим. - Дасти нахмурился, понимая, что плохо соврал.
- И то верно! - Воскликнул он громче. - Надеюсь, он с порога тебя застрелит, потому что теперь только так. Рискни. Но не светись в том районе особо. - Он написал на салфетке адрес и зло толкнул Дину.
- Спасибо. Правда. За то, что рассказал. И что не отвернулся от меня, не смотря ни на что.
Он оставил на столешнице деньги и покинул бар. Тяжело было представить такую череду потерь, моральную и физическую травму. Но он должен был хотя бы взглянуть на него. Потому что этот человек спас ему жизнь, выкупив за невозможную цену, принеся великую жертву.
С момента прибытия в родной Питтсбург он только и слышал о том, что зря вернулся. Но он все еще мог повлиять на ситуацию, оказать поддержу, помощь, хотя бы убедиться в здравии небезразличных ему людей. Первым делом он заехал в аптеку, в надежде застать там Пола.
Однако парень на него даже не взглянул, обслужив, как обычного покупателя.
- Не узнаешь меня? - Спросил Дин с улыбкой. На что тот строго на него посмотрел.
- Узнаю. Мне нечего тебе сказать. По крайней мере, пока. - Расплатившись, Дин еще раз по-доброму на него посмотрел, понимая, что заслужил, чтобы все друзья от него отвернулись. Не обижался. Таковой была правда, а правду он любил.
Когда же он подъехал по нужному адресу, жизнь словно замедлилась. Ему было страшно посмотреть в глаза человеку, пострадавшему больше всех из-за его глупости.
- Но Дасти прав. Рискнуть и знать наверняка, чем так и не решиться на встречу. - Он покинул машину и отправился к многоэтажному дому. - Мэйсон Хэмерсон, Хэмерсон Мэйсон. И правда, можно менять местами. Держись, дружище, я верну тебя к жизни.
Он поднялся лифтом на девятый этаж, сердце забилось чаще. Дасти что-то упоминал про пистолет. Еще раз взглянув на салфетку, он нашел нужную квартиру, стараясь двигаться как можно тише. Создавалось впечатление, что весь этаж был не жилым.
- Ну, была, не была. - Произнес он шепотом, осторожно постучав в дверь. Наверняка у всех, кто здесь периодически бывал, был свой отличительный стук. И наверняка, Мэйсон понял, что пришел чужой. Потому Дин стоял в тишине какое-то время. Решил, что стоит постучать еще раз, обозначив свои намерения. Он вздрогнул, услышав с обратной стороны звук затвора пистолета. - Мэй … Мэйсон, это я, Свифти. Помнишь паршивца с любимым мостом? Это я. - Снова затяжная минута молчания, после которой он услышал звук поворачивающегося замка и снятой цепочки. Но дверь не открылась, Дин расценил это, как свободу для действий. Приоткрыв дверь в довольно светлое помещение, он, наконец, увидел его.
========== Великая депрессия ==========
Совсем не изменился. Дин его таким и запомнил, вот только он немного похудел, волосы отросли и касались плеч, и глаза, покрасневшие и влажные, под которыми залегли тени недосыпа и депрессии, болезненно печальные. Он несколько секунд держал его под прицелом, словно пытаясь узнать. Такой взъерошенный, агрессивный, но свой. А Свифти примирительно поднял ладони, не сумев не улыбнуться.
- Дин. - Он мгновенно сократил расстояние, обнимая и не выпуская пистолет. И Дин крепко обнял в ответ, даже не рассчитывая на такую реакцию.
- Мэй. - Он улыбнулся, чувствуя невыносимую ностальгию по общим с ним воспоминаниям. - Не думал, что способен испытать что-то в этом роде, но я безумно скучал по тебе. - Мэйсон тоже улыбнулся сквозь слезы, отстраняясь и пропуская его в квартиру.
- Проходи. Не думал, что когда-нибудь еще увидимся. - Он снова закрылся изнутри, поставив пистолет на предохранитель. - Меры безопасности, ничего личного. - Указал он на оружие. - Выпьешь чаю?