- Только что бы задержаться в твоей компании, конечно. - Он сел на диван, наблюдая за ним. Мэйсон немного обжегся, когда ставил чайник, но не обратил на это внимания. Все, что он делал, было таким привычным, в его неповторимом стиле. Он был одет в рубашку Паркера и домашние спортивные штаны, но все такой же аккуратный и чистый, чего было просто невозможно отнять. Хотелось спросить о многом, но все, что произошло, было болезненным.
- Как ты? - Спросил он первым. - Наладил свою жизнь, как хотел? - Дин пожал плечами. Он не был так уж удовлетворен новой жизнью, успевшей поднадоесть на это время, но цена за эту жизнь была отдана слишком высокая.
- Да. Да, спасибо. Все прекрасно. Я владею отцовской фирмой, дела идут в гору. Было не просто отвыкнуть от всего этого, но постепенно мне это удалось.
- Рад слышать. - Он изо всех сил старался выглядеть жизнерадостным, но глаза обо всем говорили сами. - У нас тоже все неплохо. Шарлотта вышла замуж, а Дасти и Бэки теперь живут вместе. Ты его видел?
- Видел. - Отрешенно ответил Дин. Он не понимал, как при всем этом, он еще умудрялся держать лицо. Пройдясь взглядом по квартире, он почувствовал присутствие второго человека, все говорило об этом. Все вещи, сама атмосфера. Сами стены напоминали о нем. Чайник закипел, и Мэйсон отвлекся на эти простые и приятные хлопоты. Открыв шкаф, он пробежался взглядом по полкам.
- Есть хочешь? - Но Дин отрицательно мотнул головой. - Тогда, может, вафельки?
- Чая будет достаточно, просто посиди рядом, я хочу поговорить. - Пожав плечами, он взял две кружки и принес на чайный столик, а сам сел напротив, опять попытавшись улыбнуться.
- Не нужно. Он все мне рассказал. Я знаю о произошедшем. И я не жду, что ты простишь мне этот поступок. Я бы не простил. Прими мои соболезнования и искренние извинения. Мэйсон, знай, я не продавал тебя Смоуку! Это ложь, я лишь хотел взять на себя ответственное дело, чтобы попросить у него свободу от сделки. Он попросил что-то из твоих вещей взамен, я вспомнил про кеды. И информацию. Да, Гарри действительно дал мне этот поганый список, но я не знал, к чему все это. И отдал его в качестве бесполезных сведений. Если бы я знал, чем все закончится, едва ли проявил бы инициативу. Если бы я не пошел на поводу собственных желаний, ты бы не потерял Паркера. - Улыбка с лица Хэмерсона пропала, теперь он был настоящим, он отвел влажные глаза в сторону и сильнее закутался в рубашку. И Дин пожалел, что напомнил об этом так сразу.
- Полгода прошло. - Сказал Мэйсон тихо. - А я до все жду, что дверь откроется и … что он вернется, я … Это невозможно. - Он стер побежавшие дорожки слез. - Извини. Странно должно быть видеть меня таким, я знаю, ты не любишь, когда кто-то плачет.
- Да плевать, что я люблю! Не говори так. Ты должен высказаться.
- Не поможет. Это непрекращающаяся агония. Я не знаю, что делать. Это похоже на самый страшный сон, и иногда я надеюсь, что это действительно так. Разбуди меня, Дин. Потому что я не вижу выхода. Все дни стали похожими один на другой, я провожу их в ожидании его возвращения. - Свифти уверенно встал и прошелся по квартире.
- Я вытащу тебя отсюда. - Сказал он бодро. - Для начала, ты должен сжечь мост с прошлым, избавиться от всех вещей Паркера. - Мэйсон, протестуя, замотал головой, но Дин прервал этот жест, подходя к подоконнику. - Это что? - Спросил он, указывая на некоторые предметы.
- После взрыва мы с Роби пошли на место происшествия. Это все, что …
- Понятно. Займись пока шкафом. - Дин взял потрепанный бумажник, открывая. - Надо же, тут даже деньги остались. Не пробовал потратить?
- Нет. Можешь взять себе, потому что я не смогу. - Он скинул с полок все вещи Паркера в одну кучу и сел перебирать их. Каждая была ему дорога, с каждой были свои воспоминания. Он взял его футболку и прижал к лицу, снова не сдержав слез. - Да, Боже ж ты мой, Мэй!
- Не могу. Я не могу этого сделать. Не заставляй меня. - Дин покачал головой, продолжая рыться в бумажнике. В одном из кармашков он заметил вставленную глянцевую карточку. Вытащить было не просто, бумажник немного обгорел, но когда все-таки получилось, он увидел уже слегка выцветшую фотографию.
- Ааа ты вообще заглядывал сюда?
- Я никогда не рылся в его таких личных вещах.
- Ну, напрасно. Потому что, кажется, это твое. - Он повернул к нему снимок. На нем был Мэйсон с кружкой кофе на кухне у Сэнди. И Мэйсон вспомнил этот день. Тогда Сэнди все пыталась сфотографировать Паркера себе на память, но тот отказывался. Видимо еще в тот день он забрал один из снимков себе. Увидев эту фотографию, Мэйсон уронил себя в кучу вещей, растеряв все силы. Из него словно медленно уходила жизнь, постепенно, непрерывно. Полгода непрекращающихся слез по человеку. Дин посмотрел сначала на него, потом на фотографию, потом опять на него, и накрыл рот ладонью. - Боже … кажется, я понял. Ох, ребята, ну что ж вы! Столько времени было, но никто так и не сказал?
- О чем ты? - Прошептал Мэйсон.
- Ну, ты как минимум был для него самым близким другом. Он не говорил тебе этого? Не говорил, вижу, что нет. Ты наверняка думал, что, как человек, не представляешь для него ценности. А он все это время берег твою фотографию. Ты не избавишься от этого. Всю душу изранишь воспоминаниями. В бумажниках если и хранят фотки, то только любимых людей и близких родственников, если ты не знал. Вот в чем дело, а я все не мог объяснить природу его поступков. Теперь мне все понятно. Ведь он заменил тебе отца, брата, верного друга, наставника, стал лучшим примером для подражания и единственным авторитетом. Дело вовсе не в выгоде, которую ты ему приносил, как я считал ранее. Вы были семьей. В меньшее я уже не поверю. - Он сунул фотографию обратно, не тронув больше ничего. С этим ничего нельзя было поделать, только занять чем-нибудь, отвлечь, но не трогать прошлое. - Давай пороемся еще где-нибудь, наверняка найдем еще что-то, о чем ты не догадывался.
- Нет. - Уверенно произнес Хэмерсон, принимаясь аккуратно складывать вещи. - Личные границы для того и существуют. Если он не сказал мне чего-то при жизни, значит, не хотел, что бы я это знал. Как думаешь, станет мне легче от того, что я смогу узнать, понимая, что его больше нет?
- Ну, все, все. Мы ничего не тронем. Вставай, нужно умыться и выбраться из дома. Пойдем. - Он помог ему встать, потому что сил на это уже не оставалось, все отняли эмоции. - Навестим Дасти, он будет рад, что хоть часть Компании снова на привычном месте.
- Я бы хотел съездить в дом Сэнди для начала. Составишь компанию? - Дин кивнул, принимая на себя такую ответственную роль. Было странно думать, что и ее больше нет. В это было просто невозможно поверить. Ему казалось, что она снова, как раньше, выбежит на дорогу без обуви в совсем непригодном для прогулок виде, чтобы их встретить. Или же они застанут ее дома заспанную в розовом халате и с не расчесанными волосами.
Мэйсон постарался взять себя в руки и даже надеть что-то из своих вещей, а поверх все равно его рубашку. На улице было прохладно, все же осень. Пришлось захватить куртку и шарф. Дин был горд самим собой, что смог помочь преодолеть такой небольшой, но важный шаг. Они поехали к Сэнди. Хотя сам он не был готов столкнуться с отсутствием женщины в доме. Атмосферу тоски нагоняли пожелтевшие деревья и серое небо. Полгода слишком небольшой срок, чтобы отойти от такой потери.
Он тенью шел следом, внезапно ощутив себя трусом перед ситуацией, в то время, как Хэмерсон вел себя вполне нормально и спокойно, открывая дверь своим ключом.
- Мам, это я! - Сказал он буднично, бросая ключи в стеклянную чашку для мелочей на тумбочке. Дин осторожно вошел в тихое помещение, закрывая дверь. Ничего не поменялось. Он осмотрелся по сторонам, замечая ее вещи повсюду. На журнальном столике у дивана стоял ее розовый лак для ногтей и стопка каталогов. А еще он увидел небольшую урну с прахом на столике с зеркалом. По телу пробежала дрожь. Он торопливо прошел в ванную, ища Хэмерсона, который зашел помыть руки, и оглянулся назад.