- Нет. - Дасти самым серьезным образом натирал стаканы.
- Тебе показалось.
- То есть, ты ничем особо не рискуешь? Всего лишь ведешь диалог, используя свои методы убеждения?
- Да. Мы ведь все на равных. И в равной степени рискуем жизнями. Не думай, что с тобой не может произойти чего-то ужасного, пока ты ведешь с ним дела один на один.
- Я не Ты. - В его голосе слышалось некоторое, то ли презрение, то ли насмешка. В любом случае что-то неприятное. Но, возможно, самый внимательный из всех Дасти сказал бы, что это была скорее обида. В какой-то степени Дин и сам повелся на его исключительность, ему не хотелось, чтобы он использовал эту черту для всеобщей выгоды. Потому что считает его настоящим. Интереснее и лучше, чем он сам. Смоук и прочие, возможно, видят нечто иное. И с ними никак нельзя было вести двойную игру. А Мэйсон крайне пренебрежительно относится к собственной роли в деле. Легкомысленно.
- Поясни.
- Я лучше, чем Ты. Потому что не вру себе на счет того, кем являюсь на самом деле.
- И кто же ты?
Дин горько улыбнулся, докурив сигарету, и со злостью вдавив ее в пепельницу.
- По крайней мере, моя мать не шлюха.
- …
Тем вечером они подрались прямо в баре. Потому что Хэмерсон ничего не стал выяснять. Он сразу ударил. Всем баром помогали девчонкам разнять их. А от беспорядка даже Паркер проснулся, который задремал на стойке. Позже Дин пожалеет о каждом сказанном слове.
========== Часть 4 ==========
Он начал пытаться исправить ситуацию уже по дороге домой, которая вылилась в еще одну пылкую ругань. Мэйсон уверенным шагом направлялся домой, Свифти пытался что-то донести, выкрикивая обвинения в его спину. Паркер, молча, плелся рядом, а Шарлотта и Кэти пытались хоть как-то успокоить Дина. Они едва не сцепились на лестнице в квартиру. Благо Паркер запнулся за ступеньку и помешал.
- Какого черта ты тогда со мной общаешься, Дин? - Мэйсон скинул свои бежевые кеды и забрался на постель. И Свифти впервые увидел, как он закидывается таблетками.
- Что ты творишь! Разве ты не выше всего этого дерьма?
- Отъебись. - Он укрылся одеялом, послав всех подальше.
- Нет, ты это слышал?
- Даа, недолго музыка играла. - Паркер уселся в кресло, роясь в карманах. - Как на счет кокаина, друг мой?
- Я немного зол, видишь? - Дин развел руками.
- Потому и предлагаю.
- Убожество. - Шарлотта, стоявшая в дверях все это время, с отвращением посмотрела на обоих. - Идем, Кэти. Тут сегодня не до нас. - Девушки гордо направились к выходу.
- Свифти, ты немного перегнул. Но лишь совсем немного. Мы отбросы общества, его самая грязь, вышедшая из грязи. В этом ты прав, ведь ты из хорошей семьи, не такой ущербный. Мэйсону повезло меньше. Он всего лишь сын проститутки, беспризорный щенок, но он неплохой парень. Ему было четырнадцать, когда я подобрал его на улице, замерзшего, без гроша в кармане. Он не мог вернуться домой, его не совсем вменяемый отчим начал проявлять интерес в его сторону. Потому он и сбежал. Но даже тогда пытался помочь своей матери. Он удивил меня своей способностью нравиться людям, и я оставил его при себе. Предложил сотрудничать, о чем ни разу не пожалел. Им восхищались, его оскорбляли, мы ввязывались в драки, употребляли наркотики и зарабатывали грязные, а порою, кровавые деньги. И я глубоко уважаю этого человека.
- Мне следует, попросить прощения?
- Неет, забудь. Здесь все проще, чем там, наверху. - Он показал пальцем в потолок, имея в виду благополучную часть человечества. - Я понимаю, почему ты вспылил. Это опасно. Все, что мы делаем. Они, как стая львов, жадные и голодные, а мы их только дразним и никогда не даем желаемого. Чистый риск. Поэтому важна дипломатия. Иначе не выжить.
- А ты … - Свифти немного замялся. Он прошелся по комнате, а затем сел на подоконник. - Ты не думал, что-то изменить в своей жизни? Что угодно.
- Нет. Для нас это единственно возможное будущее.
- Но ты мог бы уехать! Заработать на этом деле и уехать! Купить дом, завести семью, нет?
- Ну чего ты пристал, мне нравится моя жизнь. Потому что здесь я имею хоть какое-то значение. В огромном мире я - никто. И если ты задумал кинуть Смоука и уйти, то сделаешь это только вперед ногами.
- Да я … с чего бы, хм. Я лишь говорю, то, что вижу. Поэтому люди считают, что я сволочь. Я действительно такой.
- Как и многие из нас. Расслабься.
Наутро болела голова. Дин так и проспал в кресле всю ночь. Паркер был умнее, ушел спать на диване, хотя его матрас лежал в углу. Он мог найти и выбрать с десяток удобных для сна поверхностей. К ночным тусовкам тут всегда все было готово. Первым делом Свифти увидел белое пятно возле шкафа, а когда избавился от сонной пелены, понял, что это Хэмерсон. Как всегда в добром здравии. Он накинул серую мастерку и сосредоточенно пересчитал наличку.
- Куда ты собрался? - Свифти потянулся в кресле, хрустнув пальцами и зевнув.
- К Смоуку. - От одной только фамилии по телу пробежал холод. Свифти напрягся.
- Я поеду с тобой.
- Нет. Паркер поедет со мной.
- И на том спасибо. - Хэмерсон покинул комнату, не ответив. В доме стало скучно и тихо после того, как хлопнула входная дверь, и Свифти остался один. Но он не намеревался таким образом провести оставшийся день. Погода оставляла желать лучшего, поэтому вариантов было немного. Либо к Шарлотте, которая будет испытывать его терпение, либо в любимый бар, действовать на нервы Уэлсу после вчерашнего. Выбор пал на второе. Открыв шкаф, Дин пробежался взглядом по полкам.
- Неоправданная любовь к светлым вещам. Как ты с этим живешь, Мэйсон? - Он вытащил свою затасканную синюю кофту, и уже было спустился вниз, как зазвонил телефон. - Да ну что б тебя, детка. Не сегодня. - Кроме Шарлотты сюда никто не звонил, потому что никто больше не знал номер телефона. - Да! - Но это оказалась совсем, совсем не она. В горле, словно ком застрял, потребовалась пара секунд на ответ.
Часом позже он заявился в бар в подавленном состоянии. Но Дасти, увидев его, лишь тяжело вздохнул и покачал головой.
- Не надеялся как-то увидеть кого-то из вас сегодня. Думал, хоть день спокойно отработать, не сложилось.
- И тебе привет. - Без каких либо вопросов перед Свифти возник стакан с виски. - Спасибо. - Прочие немногочисленные посетители бара косо поглядывали в его сторону, но с осторожностью.
- И? - Дасти видимо ожидал исповеди, к нему только за этим и приходили.
- Что? Ты же знаешь, я всего лишь называю вещи своими именами.
- Это неплохо. Но только если это уместно, по делу, и не оскорбляет ближних.
- Какие все вдруг ранимые стали!
- С такими взглядами привыкнешь по морде получать.
- И ладно. Слушай, а ты случайно никому не давал наш номер телефона?
- Нет. У Шарлотты поинтересуйся. А что?
- Да так. - Дин вытащил кусок льда из стакана и приложил к ушибленному месту. Дасти лишь усмехнулся.
В полумраке великолепно обставленной комнаты, где находились трое, уже около получаса не было сказано ни слова. Паркер чувствовал себя крайне неуютно, он сидел, обхватив ладонями чашку с теплым чаем, и временами поглядывал на часы. Смоук сидел в кресле напротив них, он выглядел более чем довольным. На его коленях лежал торшер, который он периодически включал, скорее необдуманно, вряд ли он вообще соображал сегодня.
- Помяни мое слово, однажды я застрелю тебя, Хэмерсон. - Он сказал это мягко без угрозы.
- Обещай, Смоки. - Хэмерсон щурит свои серые глаза, Смоук расплывается в улыбке, Паркер бледнеет от непонятного диалога и мечтает поскорее слинять, хоть его присутствие напрочь игнорировалось. Было просто жутко, и он мысленно ненавидел Мэйсона за его бесстрашие. Они пришли только для того, чтобы обозначить свое присутствие, Босс так пожелал, этот опасный человек. Однако, вопреки всем опасениям Паркера, Смоук добродушно предложим всем выпить чаю, и проводил до двери своих дорогих гостей спустя пару часов. Даже велел довезти их до желаемого места, чтобы обеспечить безопасность.