Я, пораженный чересчур проработанной графикой, откидываюсь на кресло и пытаюсь убедить себя в простой мысли. Это игра. Это всего лишь игра, а они не воины-юниты. Набор нулей и единиц, не более. Но почему-то на душе все равно тоскливо.
Глава 7
– Андрей…
Голос Лизы – мягкий, как журчание одноместного маломощного флайера при запуске, – заставляет вскочить на ноги. Сколько я ее не видел, недели две?
Она все такая же, тихая, немного застенчивая, с большущими невинными глазами и стесняющейся улыбкой. Стоит с той стороны плексигласового стекла в своем чистеньком, слишком чистеньком комбинезоне для техника-помощника. Хотя чего я удивляюсь, Лиза всегда была аккуратисткой, даже в моей холостяцкой берлоге ее тяга к порядку боролась с моей природной энтропией.
– Лиза. Ты как здесь? Тебя как пропустили?
– Игорем Сергеевичем, – она улыбнулась левым уголком рта, как улыбалась всегда. Чуть извинясь, что ли.
– Вот ведь жук, а мне не сказал, – я взволнованно подошел к стеклу и положил на него руку. Она, с той стороны, сделала то же самое.
– Как ты?
– Водку кушаю, тишину слушаю. Что со мной будет, смотри какой кабан! Может, хоть тут похудею.
– Тебя плохо кормят?
Я чувствую, что разговор выходит натянутый, будто мы два старых приятеля, встретившихся после долгой разлуки. Но кроме нескольких дежурных фраз, как обычно заготовленных для такого случая, говорить решительно не о чем. И мне это не нравится. Черт возьми, это же Лиза! Моя Лиза!
– Что-то случилось?
Мой вопрос звучит глупо, учитывая, где я нахожусь. С другой стороны, что еще спросить? Как дела на работе?
– Я говорила с Игорем Сергеевичем. По поводу срока игрового контракта…
– Не томи. И что?
– Понимаешь, Андрей. Тридцать лет это много. Очень много. Половина жизни. Я не хочу провести ее у монитора, следя за тем…
– Не продолжай, – обрываю ее.
С другой стороны, а чего я хотел? Это действительно много. Что я могу пообещать ей? Что выиграю? А если нет. Она красивая молодая девушка, которая и так связала свою жизнь с вшивым вэпээсником, живущим в одном из многочисленных небоскребов класса С. За четыре года, пока мы были вместе, Лиза ни разу не заговорила о замужестве, ни разу не упрекнула меня. Пыталась перевоспитывать, как могла, хотя понимала – старого пса новым фокусам не научишь. Так чего же я ожидал, что она в очередной раз безропотно склонит голову и побредет за мной?
Я пожевал нижнюю губу. Да, черт возьми, ожидал. Что может ждать мужчина от своей женщины? Понимание и поддержку. Когда ты говоришь, что все решил и так должно быть. И вы преодолеваете все вместе. А теперь…
– Ты… Ты меня ненавидишь?
Я не ответил. Ненависть слишком мощное чувство. Все те, кто говорят, что от любви до ненависти один шаг, никогда по-настоящему не любили. Сейчас я скорее был опустошен. Внутри меня будто выключили тумблер. Раз и все.
– Андрей.
– Ты права. Тридцать лет слишком долго.
– Просто я…
– Не надо оправдываться. Ты правильно сделала, что пришла и сказала. Это честно. За это я тебе благодарен. Как говорил дед, лучше все выяснить на берегу.
– Понимаешь.
– Не надо, не оправдывайся. Иначе кажешься виноватой. Спасибо тебе за все, а теперь уходи… И еще одно. У меня до начала игры еще есть время. Поэтому, если захочешь прийти, то не надо…
Я открыл глаза, провожая ночной морок. Сердце тревожно билось о ребра, будто в груди ему было тесно. Ну-ка, успокаиваемся, что разволновался, как девчонка? Сны – это лишь сны. Ими и должны оставаться.
Я поднял свое крепкое мускулистое тело с кровати. Все-таки в игровой действительности есть свои плюсы. Тут я не заплывший жиром боров, а вполне себе культурист. Вот ответ на все попытки человека вернуть былые формы – сделать слепок себя самого в самой высшей точке физического развития и в ней же остаться.
Теплый водопад сменился ледяным дождем, заставив меня окончательно проснуться и отогнать уколы недавнего прошлого. Все утекло, как струи воды, и глупо теперь страдать и переживать. Новый день ставит новые задачи, которые кроме тебя никто не выполнит. Открыл гардеробную, посмотрел на белый мундир и улыбнулся. Под ним лежала шкатулка с двумя серебряными наградами: «Мастер защиты», выданная за первый бой, где отбил атаку, численностью более двадцати юнитов, и «Ученый», за изучение двух десятков исследований. Нацепить их мне показалось не только глупым занятием, но даже смешным.
В командный пункт поднялся свежий и энергичный человек, в котором не было и капли сожаления об утраченном. Таким я себе нравился больше. Тем более ночь принесла мне много Славы, складывающейся из положительной популярности в форте и командования Рамиреса.