Я молниеносно взобрался на ближайшую башню и по стенам побежал к первой линии обороны, откуда и раздался шум. По всему периметру на одинаковом расстоянии друг от друга наверх, из-за напоминающих расступившимися створками гермоворота, поднимались черные кубы. Я ошалело посмотрел на по подбежавших ко мне Леху и Киу, а они не менее сумасшедшим взглядом глядели на меня.
— Это что еще такое? — Спросил Рамирес.
— То же самое, что на самом деле стоит у тебя под фортом.
Вряд ли мой ответ удовлетворил Леху, но все же он замолчал. Я заворожено смотрел, как одна из граней пропала — не отъехала в сторону, не упала, не треснула, именно пропала, — словно слабая дымка за несколько секунд растворившись в воздухе, открыв прелюбопытную картину.
Внутри были бойцы. А точнее заготовки для бойцов. Голые, похожие друг на друга люди, подсоединенные на манер игроков-девиантов к системам питания и отходов жизнедеятельности. Головы были запутаны связками тонких витых кабелей и одним, общим проводом. Прямо за ними, распахнутая и готовая лечь на тело воинов, висела броня, а у правой руки было несколько видов оружия. Стоило мне только начать привыкать к странной картине, как все пришло в движение.
Создалось впечатление, что по тому самому общему проводу пробежал сильнейший разряд, бойцы сильно вздрогнули и… открыли глаза. Сделали они это словно по негласному приказу, будто до этого только и делали, что тренировались пугать меня в синхроне. Члены дрогнули, конечности выпрямились, мышцы напряглись. Провода рухнули вниз безвольными отростками, а освобожденные и пугающе одновременно сделали шаг назад. Раз — броня легла как чешуя на тело местных обитателей Твердынь, два — пальцы легли на рукоять оружия, три — солдаты разворачиваются и выходят из куба.
Причем я не уловил, когда что поменялось, но именно в том многограннике, за которым наблюдал, одновременно вышли стрелки и всего несколько мародеров. Я думал, что они, как запрограммированные роботы, сразу пойдут каждый на свое место, но подлетевший сержант, который тут же начал орать и распихивать пополнение, убедил меня в обратном.
— Я ничего не понял, что за кубы, что за… хрень? — Поморщился Леха.
— Все просто. Кубы стоят внизу, ждут своей очереди. В них, если я правильно все представляю, заготовки под бойцов. Уж не знаю, кто они…
— Клоны, — смело предположила Киу.
— Вполне вероятно…
— Знаете, у меня создается впечатление, что это совсем не игра, — заметил Леха.
— Допер наконец, — хмыкнул я. — Вопрос в другом, почему столько сложностей. Зачем создавать видимость игры, все эти украшения, скрывать кубы, вообще, зачем маскировать реальность под вирт?
Ответа не последовало. Да, если честно, я бы очень удивился, если бы Киу или Леха сейчас все разложили по полочкам. Тут надо было устраивать глобальный мозговой штурм с Рёмером, Чойчем и Ши. Если, конечно, они согласятся собраться вместе.
— О, смотри, — указал пальцем Леха в сторону, где находился центр нашего дистрикта.
Я приложил руку козырьком к глазам и сощурился. И правда, одиночный флаер, тот самый, на которых мы путешествовали. Только незнакомый гонщик мчался куда-то мимо нас, на север. Хотя куда уж дальше, мы и так находились почти на самом отшибе карты. Я понимал одно, еще минута и игрок пролетит мимо.
— Сержант!
Солдат младшего командного состава в очередной раз продемонстрировал своё великолепное умение появляться из ниоткуда.
— Что у нас с турелями?
— Еще не проверяли, сэр.
— Быстро к южному углу и проверить. Нет, стой, — ухватил я его за руку. — Не проверить, а выстрелить. Вверх, понятно?
Сержант кивнул и побежал выполнять приказ. Я смотрел, как он сначала материл солдат, а потом лично стал настраивать установку. Стрелковая установка вздрогнула, ее длинный ствол поднялся вверх и бухнул.
Флаер вильнул, снизил свою скорость, и, проехав еще какое-то время по прямой, свернул к нам и прибавил ходу. Я отдал приказ сержанту посадить за турели по стрелку и научить их пользоваться установками в максимально короткие сроки. На душе, почему-то было не спокойно.
Незнакомец, подлетев к нам вплотную, скинул летный шлем и чуть ли не бегом направился ко мне. Хорошо, что я вышел встречать его, а то стрелки бы быстро успокоили этого шустряка.
— Сколько вас? Сколько турелей? Они уже близко, они…
Я отвесил ему сочную пощечину, которая на чужака подействовала благотворно. Он несколько раз судорожно вздохнул, выпучил глаза, но потом обвел адекватным, спокойным взглядом меня и моих защитников, после чего стал рассказывать.