— Вы уверены, что это будет… э… уместно? — спросил он.
— Бог мой, ты что, боишься? — Кажется, ему удалось удивить девушку по-настоящему. — Я думала ты вообще ничего не боишься!
— Все в порядке, Эрик! — пришел ему на помощь Андрей. — Ты наш гость, и это вполне уместно…
4. Шестнадцатое августа 2532 года, вилла адмирала Мельника — Омут Планка, планета Эно
— Сюрприз! — пропела Вера, распахивая высокие двустворчатые двери ударом ноги в тяжелом ботинке.
— Сюрприз удался, — согласился Эрик, входя вслед за ней в огромный роскошно декорированный зал.
За длинным столом — белая крахмальная скатерть, серебро, хрусталь, фарфор, — сидели, как минимум, полсотни гардемаринов, — он узнал среди них даже Клодину Люфор — вставших со своих мест при появлении Веры, Андрея и Эрика.
На несколько мгновений в зале повисла тревожная тишина. Все взгляды были устремлены на Эрика.
— Господа! — шагнул вперед Андрей. — Разрешите представить вам героя сражения в системе звезды Уилберга лейтенанта Эрика Минца!
— Виват! — закричала Вера. — Виват, Эрик! Так держать!
И понеслось. Поднялся шум. Задвигались стулья, и под крики "Виват!", "Ура!" и "Ни хрена себе!" гардемарины, помнившие Эрика по первому и отчасти второму году обучения в звездной академии, пошли его поздравлять! С большинством из них Эрик не был ни то, что другом, но даже приятелем. А кое с кем, например, с Ианом Вонгом круто враждовал. Тем не менее, он знал их всех, и все знали его. И вот, что любопытно, сейчас, по прошествии полутора лет, они вели себя по отношению к Эрику более, чем дружественно, даже Иан и Клодина. В какой-то мере это, наверное, можно было объяснить неожиданностью встречи — Андрей и Вера устроили сюрприз всем, а не одному только Эрику, — однако немаловажным фактором было, скорее всего, и то, что Эрик являлся теперь кем-то, кем можно было гордиться, кем не зазорно было хвастаться. Он выбыл из списка конкурентов, покинув академию при весьма драматических обстоятельствах, известных здесь всем и каждому, и появился сегодня в доме адмирала Мельника уже совсем в другой роли, не предусматривающей, к слову, никакого соперничества. Здесь и сейчас Эрик стал для них бывшим однокашником, превратившимся за время отсутствия в обер-офицера, награжденного за личный подвиг высшим орденом империи. Не все сразу поняли, о каком подвиге идет речь, но, когда наконец разобрались, пришли в настоящий восторг, и их эйфория только усилилась, когда Андрей объявил, что со вчерашнего дня Эрик является слушателем Высшего Адмиралтейского Командного Училища ВКС.
Вот тогда, собственно, и начался банкет, быстро переросший в "молодецкую" пьянку. Слуги приносили все новые и новые блюда и заменяли опустевшие бутылки и графины полными. Играла музыка, загул набирал обороты, а настроение стремительно взлетало в заоблачные выси. Эрик сидел между Андреем и Верой во главе стола, и, если сначала он чувствовал себя крайне неловко, то вскоре — после нескольких рюмок превосходного яблочного бренди, — он как-то незаметно позабыл о своих сомнениях, перестал стесняться, расслабился и начал получать от банкета настоящее удовольствие…
На каком-то этапе "вечеринки", которая, и в самом деле, удалась, он даже нашел в себе смелость объясниться с Верой. Им крайне сложно было остаться наедине, но, как видно, этого хотел не один только Эрик. Совместными усилиями они все-таки сумели скрыться — пусть и ненадолго, — от любопытных глаз, и Эрик неожиданно для себя взял руки Веры в свои и поцеловал ее пальцы.
— Ты… — выдохнул он, отрываясь от ее рук. — Я даже не знаю, что сказать… Как выразить…
— Будем считать, что это не самая сильная твоя сторона… — Вера покраснела, глаза ее светились, а на губах играла улыбка.
— Да уж, — признал Эрик и, понимая, что второго шанса может и не быть, — во всяком случае, не сегодня, — нагнулся к Вере и поцеловал ее в губы.