– Ты темный ангел, – проговорил он низким голосом.
Не решаясь ни опровергнуть, ни подтвердить эту мысль, я просто молчала, надеясь, что мои ребята вот-вот вернутся.
В следующий момент он качнулся в сторону двери, и я схватила футболиста за край рубашки, пытаясь остановить.
– А ну стоять! Тебе туда нельзя! – Я вцепилась пальцами в его плечи, чтобы развернуть обратно.
– Я должен идти, – пробормотал он заплетающимся языком и едва не упал на меня.
Я согнулась под его весом, прижавшись спиной к двери, а потом резко оттолкнула его от себя. Он рухнул на пол, но умудрился поймать меня за руку и увлечь за собой. Мы оба распластались на полу.
Я зарычала от негодования, почувствовав его ладони на своих бедрах. Он вцепился в меня так крепко, словно утопающий за соломинку.
– Да отпусти же ты меня! – возмутилась я, но он лишь крепче обхватил меня, и через мгновение я уже лежала на нем, глядя сквозь прорези маски прямо в зеленые омуты его глаз.
– Виктория, – вдруг прошептал он.
Вот черт. Узнал меня, зараза. Я заерзала в жалких попытках выбраться из его цепких объятий. Откуда у него столько сил, только что был обмякший, когда мои парни его тащили.
– Виктория, – повторил он, не сводя с меня взгляда, и волосы зашевелились у меня на затылке.
– Я не Виктория, – проговорила я громко и четко, выделяя каждое слово. – Отпусти меня.
– Виктория, – раздалось снова. Он произносил мое имя таким чувственным тоном, словно наслаждался его звучанием.
Не найдя другого способа выбраться, я двинула ему коленкой в пах, и он тут же с мучительным стоном ослабил хватку. Я вскочила на ноги и поправила задравшуюся юбку.
– Я не Виктория, ты понял? – рассерженно бросила я.
Наблюдая, как он продолжает корчиться на полу и глупо улыбаться, я встала около двери, надеясь, что мои парни наконец явятся и вынесут отсюда этого вконец упоротого идиота. Я уже начинала жалеть, что вообще решила помочь. Пусть бы наткнулся на моего отца и сполна получил по шапке.
Артем упирался изо всех сил, пока Тим, Димка и Игорь втроем тащили его по узкому коридору в сторону запасного выхода к парковке. Он цеплялся руками за стену и тормозил пятками, требуя, чтобы его отпустили. Удерживать брыкающегося футболиста с развитой мускулатурой, у которого в голове сейчас творилось черт знает что, оказалось нешуточным испытанием.
– Да давайте бросим его! На кой черт он нам вообще сдался? – психанул Игорь, когда мы с трудом выволокли парня на улицу. – Как я его повезу?!
– Мы не можем его бросить. Димка, ты можешь поехать вместе с Игорем, пожалуйста? – Я с надеждой посмотрела на нашего басиста.
– Ладно, – недовольно бросил он. – Только ради тебя.
Мы подошли к фургону, и Игорь открыл заднюю дверцу, чтобы затолкать туда Королева.
– Вика! Что вы делаете с одиннадцатым? – вдруг раздался удивленный возглас за моей спиной.
Похолодев, я повернулась и увидела перед собой отца.
Вот и приехали.
– Привет, папа. – Я выдавила нервную улыбку.
– Что с Королевым?
– Ты должна была сразу сказать мне, а не пытаться решить проблему самостоятельно. Это мой футболист, и я как-никак несу за него ответственность.
Я посмотрела в зеркало заднего вида на отца, который напряженно вел машину. Давно я не видела его таким мрачным, как сейчас. И вместо того, чтобы отчитывать оболтуса под одиннадцатым номером, который сейчас сидел на заднем сиденье, привалившись к моему плечу, он отчитывал меня. Ну конечно, ведь оболтус предпочел отключиться после того, как отец не дал ребятам из группы погрузить его в нашу машину.
– Ты же не выгонишь его из команды? – осторожно спросила я.
– Ума не приложу, как мальчик довел себя до такого состояния. Именно от него я такого не ожидал. У меня были на него большие планы.
– Правда?
– Очень перспективный юноша, – подтвердил отец. – И мне, черт возьми, нужен такой сильный нападающий.
Я покосилась на Артема, голова которого покачивалась туда-сюда в такт движению. Слышал ли он слова тренера? Жаль, но похоже, что нет.
– Куда мы везем его?
– Куда-куда? К нам домой. Ему нельзя появляться в клубе в таком виде. Нам придется о нем позаботиться и как-то замять этот инцидент.
Я с облегчением выдохнула, не веря, что отец решил простить Королева, даже толком не зная причины, почему его игрок умудрился так накидаться накануне игры. А еще папа был не в курсе, что в клубе развлекалась вся его команда. Я не стала ему об этом докладывать и гадала, скажет ли Королев.
Приехав домой, мы вместе дотащили обмякшего Артема и уложили его на кровать в комнате отца.