В квартире была какая-то сверхестественная шумоизоляция — звуки большого города совершенно не проникали внутрь. Я поёжилась от того, что нахожусь на чужой кухне в звенящей тишине и кромешной тьме. Жалюзи на окнах пропускают в комнату лишь слабые отсветы фонарей, которые не дают света, а лишь отельными бликами отражаются на блестящих поверхностях идеально вымытого мной гарнитура.
Я уже собиралась ополоснуть стакан, чтобы поставить его на место, но не успев открыть кран, вдруг услышала едва уловимое движение где-то в коридоре. Дмитрий проснулся? Почему тогда не слышно уверенных шагов, какими передвигается хозяин по своей территории?
Сердце забилось чаще, когда шаги стали медленно приближаться ко входу в кухню.
— Дмитрий? — испуганно только и смогла пропищать, когда темный силуэт оказался в нескольких метрах от меня.
Глава 13
Я отчаянно всматривалась в темноту, ища подтверждения своим надеждам, что передо мной хозяин квартиры. Мужчина напротив — а это точно был мужчина — тем временем не двигался.
На несколько секунд снова воцарилась тишина.
Паника подступала. Я замерла, готовая в любой момент взорваться.
И тут силуэт сделал шаг в мою сторону. Это был срыв стоп-крана. Я открыла рот, чтобы закричать, но в первое мгновение, звук еще не успел сформироваться, а во второе — мой рот накрыла большая тёплая ладонь.
Мне уже не нужно было поднимать глаза, чтобы понять, кому она принадлежит.
Дмитрий.
Но почему он зажал мне рот?
— Му-ммм-мы-му-мммм, — пытаюсь возмущаться, но рука только сильнее начала сжимать моё лицо.
Да что происходит!?!?
— Тише! — шипит мне на ухо мужчина. Мне по-прежнему волнительно, но уже почему-то совсем не страшно. — Что ты здесь делаешь?
Я перестаю брыкаться, но всё равно молчу.
— Спрашиваю, чего ты бродишь по квартире среди ночи? — он вопросительно смотрит на меня. Вблизи мне хорошо видны его красивые глаза. Они уже не уставшие, в них пылает неведомо откуда взявшийся огонь, словно он в шаге от главного выигрыша и только ждёт, чтобы зачеркнуть последнее число на счастливом билетике.
Прижатая его телом к стене, с зафиксированными руками, я не могу объяснить, почему не отвечаю на вопросы, только выразительно подкатываю глаза.
— Ой, блин, прости, — наконец-то он понял, что чтобы мне начать говорить, неплохо было бы убрать руку от моего рта. Хватка ослабевает, и я оказываюсь абсолютно свободной, что в данный момент вызывает почему-то смущение.
— Я воды попить пришла. Это что, запрещено? — говорить с вызовом, когда волнуюсь — это моя защитная реакция. — А ты чего подкрался и хватаешь? И вообще, почему мы шепчемся? Кроме нас в твоей огромной квартире вроде никого больше нет…
Последние слова говорю громче обычного, и рука Дмитрия возвращается на мои губы.
— В том-то и дело, что я в этом не уверен… Замри, — резко снова прижимает меня к стенке и замирает.
Мне начинает казаться, что это просто розыгрыш, но ровно до тех пор, пока я действительно не начинаю слышать едва уловимый шорох в прихожей. Словно мышь шкребется где-то в подполье.
Теперь уже я инстинктивно льну к Дмитрию еще ближе, хотя, казалось бы, ближе уже некуда…
— Кто это? — шепчу ему одними губами.
Вместо ответа, выставляет вперед указательный палец, призывая меня быть еще тише.
Звуки тем временем, прекращаются. Я начинаю надеяться, что они больше и не возобновятся, но напрасно. Спустя пару минут, отчётливо слышен поворот ключа в замочной скважине. И если бы не идеальная шумоизоляция, мы бы точно ничего не услышали — настолько аккуратно совершалось это действие.
Ещё мгновение и — щелчок открывания двери. Я прячу лицо на груди Дмитрия, утыкаясь в него, стараясь заглушить новую волну паники и не привлечь внимание, создав шум.
Движения у входной двери замирают на несколько минут.
— Может, ушли? — шепчу, вслушиваясь в гробовую тишину.
— Нет, — уверенно отрицает мужчина. — Он выжидает.
«Блин! КТО выжидает!? И главное — чего «выжидаем» МЫ???» — ни один из вопросов задать сейчас не получится, от этого меня начинает потряхивать. Мою дрожь замечает Дмитрий. Всего на несколько секунд он отвлекается от прислушивания, обводит меня быстрым оценивающим взглядом… И вдруг…
Целует.
В губы.
Обалдеть…
Я улетела. Пропала. Растворилась.
Не знаю, что произошло, почему, и в какой момент, но я будто всё время ждала этого поцелуя, и вот, наконец, получила желаемое. Меня охватило ощущение, будто внутри зажгли лампочку. Нет, фонарь. Огромный прожектор, о существовании которого я даже сама и не подозревала…