Миколай любил свою семью за строгое соблюдение собственных правил с совершенно равнодушным отношением ко всему, что пытались навязать другие: именно на территории его дома Кафи и Миколай встречались как влюбленные, краснея от подначиваний Жеми, которой доставляло удовольствие учиться на них, познавать теорию любви в стиле Ромео и Джульетты, подтверждать собственные гипотезы. Корте это никогда не нравилось.
Знакомая с ним с еще более ранних лет, чем Кафи с Миколаем, Жеми знала Корте как облупленного и позволяла ему узнавать себя. Кроме членов дома: брата и родителей – и него никто не знал об ее особенном восприятии и понимании мира. Ее тяга к знаниям позволяла ей анализировать и примерять на себе те же чувства, что испытывали другие, выражать их живой мимикой и жестами так яростно, что первое время удивляла и даже пугала своим стремлением не отличаться от других людей.
Корте и в детстве был очень неглуп, а еще был старше Жеми на три года, поэтому развязать ей язык труда не составило. Он с легкостью подтвердил все свои догадки, а Жеми взяла с него слово никогда и никому не распространяться об этом.
Выходило так, что с возрастом для Жеми открывались некоторые эмоции и чувства, она начинала не только понимать их, но и воспринимать по-настоящему. К двадцати годами их было уже восемь: страх, гнев, чувство вины, недовольство, смех, удовольствие, вина и удивление. Они появлялись сами по себе, ничем не вызываемые, лежали на своем месте, будто всегда там и были – внутри. Были и те, что она не ощущала, но понимала и привыкла выражать: поддержка, забота, волнение, детские капризы, раздражение и любовь. Но их она постоянно либо переигрывала, либо не доигрывала. И Корте поддерживал ее в каждом начинании, объяснял непонятные ей, новые чувства, и только не одобрял все попытки понять любовь. Любовь, которую так неистово надеялся вызвать у нее сам, чтобы она почувствовала, не поняла, а сама сумела проникнуться всеми оттенками любви. Но год за годом она оставалась глухой стеной, через которую он устал пробиваться.
- Ты выйдешь за меня? – он стоял на коленях перед ней на лестнице в холле, когда в доме собрались все гости, приглашенные на День рождения Жеми. Это была последняя попытка, после провала которой он обещал себе смириться. Их непонятная около-ответная любовь должна была закончиться или наконец расцвести. Корте надеялся, что спустя долгие десять лет ожидания в Жеми проснется настоящее чувство к нему.
Ему удалось. Он пробудил в ней способность испытывать горе от утраты.
╔═╗╔═╗╔═╗
- Да ты просто невозможен, Лени! Все, я не собираюсь говорить с тобой, пока ты не слушаешь меня… Что? Значит, расстанемся, - соседка по комнате в Академии ругалась со своим парнем в два раза чаще, чем сама Жеми – с Корте. Вернее, ссорился с ней он, а у Амели с ее Лени обвинения были вполне обоюдные. На этой почве Жеми и подружилась с ней.
Это произошло в одну из первых недель первого года обучения в Академии. Жеми потерялась в общежитиях, и Амели помогла ей найти комнату, когда оказалось, что они живут вместе. Шумная и громкая со своим парнем она становилась очень покладистой и тихой в отношениях с друзьями. Первое время Жеми часто ей говорила, что Лени влияет на нее слишком сильно.
Амели ввела ее в свой круг общения, и у Жеми появились первые друзья за пределами ее дома, где она обучалась у частных репетиторов. Лени стал одним из них: еще более шебутной, громкоголосый и активный, вместе с Амели они были праздником в их компании. Спокойной, но такой же веселой была тогда еще второкурсница и лучшая подруга Амели – Шуми. Спустя некоторое время в их небольшую компанию влился еще один человек, к которому Корте ревновал Жеми даже после того, как их отношения практически сошли на нет.
Венир приехал во Францию из Италии в тринадцать лет, когда его тетю-опекуншу вписали в семейный реестр Д’Авор. Младше Жеми на три года, он стал в их компании главным развлечением. Венир вел себя очень непредсказуемо, настроение его менялось каждую секунду, а сам он ни на шаг не отходил от Жеми во время учебы в академии, чем вызывал очевидные подколы от друзей. Личный телохранитель, личный дворецкий и личный фанат, с восхищением смотрящий на каждую работу, которую представляла Жеми на уроках. Жеми училась новому проявлению любви у него, и Венир охотно демонстрировал ей все чувства, которые мог показать, ничего не требуя в ответ, благодарный за внимание с ее стороны. В ответ она учила его фотографии, помогала с обработкой и несколько раз соглашалась позировать. Венир любил в ней живые эмоции, которые она без труда дарила на каждом фото. Они никогда не говорили об их отношениях, о том, почему Жеми не может любить его в ответ, но еще мальчишкой он все знал, понял в тот момент, когда увидел ее, со слезами на глазах отвечающей «да» на предложение Корте.