Вернулся Зотов в своей папахе из кабины летчиков, и мы вместе пили коньяк. Наташа пила вместе с нами и была весела, шутила, смеялась, целовала генерала в губы и приговаривала:
- Мой генерал! Мой генерал!
И все же в самолете я продрог. С военного аэродрома ехали в машине я и Нина. Впереди сидел майор, он знал адрес квартиры генерала Зотова, и мы выехали вперед с Ниной, а Ната и генерал остались на аэродроме, где солдаты выгружали генеральскую мебель.
Из квартиры Зотова я позвонил Арнольду Бруновичу.
- Я в Москве и готов с вами встретиться.
- Перезвоните мне через полчаса, - попросил Цандлер.
Нина ходила по огромной генеральской квартире и, кажется, завидовала своей подруге.
- Ты что загрустила? - спросил я.
- Все же она счастливее меня. Ты уедешь, что мне остается?
Я усмехнулся.
- Что останется? Ее муж, его друг и все, что ты пожелаешь.
- Да я не об этом, - сказала Нина грустно.
Я опять набрал Цандлера.
- Владимир Андреевич, я жду вас. Приезжайте.
Я положил трубку и обнял Нину, стоящую со мной рядом.
- Ну, Нинок, поехал я. Если перед вылетом будет время, я тебе позвоню. Проскачем на прощание.
Она прижалась ко мне. Уткнулась лицом в грудь. - Мне будет грустно без тебя. Ты знаешь,что хочешь, ты сильный, с тобой легко, появляйся быстрее. Я буду тебя ждать.
- Генерал не успеет стать маршалом, как я буду у твоих ног.
- Было б так, - ответила Нина и поцеловала меня трижды. - Иди с Богом!
У Цандлера в квартире кроме него самого были еще три плотных парня.
Мы прошли в кабинет.
- Смысл нашей операции не подразумевает подписания каких-либо документов. Я принимаю ваш груз, а вам вручаю номер банковского счета в Цюрихе. Вот он. Здесь нет фамилии, нет адресов. Только набор цифр. Первые три - это код банка, в любом банковском каталоге Швейцарии вы его найдете и узнаете адрес. Следующие пять цифр - это ваш личный номер, далее две цифры - характеристика вулада и остальные - номер счета. Ниже указан телефон в Цюрихе моего брата. Телефон не домашний, а его офиса. Он там бывает строго с десяти до четырнадцати часов местного времени. А сейчас я соединю вас с ним по домашнему телефону, он ждет.
Цандлер завертел диск телефона. Соединили сразу, будто звонил он не в далекий Цюрих, а на соседнюю улицу.
Сказав несколько слов по-немецки или по-еврейски, я все равно не знал ни того, ни другого языка, он передал мне трубку.
- Добрый вечер, Бруно, - сказал я.
- Добрый вечер, Владимир.
- Если вы знаете предмет разговора,то я доволен пока ходом операции.
- Я подтверждаю слова брата и со своей стороны гарантирую сохранность и своевременное получение товара.
- Я рад это слышать, Бруно.
- В свою очередь уже сегодня я могу вам сказать, что готов встретиться с вами в назначенное время и обсудить варианты нашего дальнейшего сотрудничества. Уверен, оно будет благоприятным для нас обоих.
- Благодарю вас, Бруно. К моменту встречи я буду готов к разговору на эту тему.
- До свидания, Владимир!
Я положил трубку и повернулся к Арнольду Бруновичу:
- Ящик внизу в машине. Можете его забрать. Но там только часть, правда, большая часть. Остальное я привезу довольно скоро. Если позволите, я позвоню.
- Звоните, - разрешил Цандлер.
Я габрал Гегама рабочий, но он молчал. Позвонил домой. Подняла трубку жена.
- Гегамчика? Кто спрашивает?
- Фермер, что быка купил.
- Так и сказать? - спросила она.
- Так и сказать - это шутка, но он поймет.
Через секунду я услышал голос Гегама:
- Здравствуй, дорогой! В чем проблема?
- Мой товар готов?
- Конечно! Можешь забрать, а то я стал волноваться - не передумал ли ты. Да и мой гараж не банковский сейф.
- Я завтра утром буду у тебя дома.
- Договорились! Я жду.
Цандлер сидел в кресле и внимательно за мной наблюдал. Я смело посмотрел ему в глаза.
- Завтра к вечеру остальная часть будет у вас. Тогда и выпьем шампанского.
Нине я звонить не стал. Перед вылетом побродил по аэропорту, накупил детям подарков, предчувствуя долгую с ними разлуку, а прилетев в родной город, я впервые почувствовал его отчужденность. Ехать к детям было поздно, они все равно уже спали. На такси я добрался до своей берлоги и после душа уснул.
Утром я позвонил Гегаму и попросил его машину, и уже через час был у него дома. В его домашнем кабинете Ашот-нотариус все быстренько оформил, и я подписал бумаги.
- Чемодан в гараже. Считать будешь?
- Гегам, мы же друзья. Партнеры.
- Конечно, но посчитай, дорогой.
- Гегам, веришь или нет, но я за всю свою жизнь ни разу не считал деньги. Это мое хобби.