- Не надо, тогда я не смогу с тобой расстаться. Бога ради, не надо. Пожалей меня.
- Вредный. Вредный и глупый.
Но это была уже другая Рита. Она полностью меня простила, наверное, все-таки поняла, и весь остаток вечера мы провели в тихой беседе, в мечтах о нашей мариупольской жизни. Я поддакивал и фантазировал вместе с ней, но четко знал, что ничего этого у нас никогда не будет.
Мы приехали на вокзал за десять минут до отхода поезда. Риту было не узнать. Статная, с величавой походкой, она была королева, а не бомжачка всего десяток дней назад. Мы выходили на перрон, когда я с ним столкнулся нос к носу. Это был тот самый опер, что приезжал ко мне в офис в день взрыва в ресторане. Я понял, что он меня узнал. Узнал и обалдел. Я прошел мимо, следом за Ритой, неся ее чемодан, а спиной чувствовал его взгляд. У вагона мы остановились. Посадка уже заканчивалась, и проводники стояли в дверях вагонов.
- Рита, обними меня и посмотри за моей спиной, тип в кожаной куртке и черной вязаной шапочке. Где он?
Рита прильнула ко мне и рукой уперлась в пистолет.
- Что это? - спросила она со страхом.
- Где мент, Рита? - шептал я ей на ухо.
- Стоит в дверях, а рядом майор с повязкой.
- Иди в вагон, стой в дверях и не давай проводнику закрывать дверь. Все, целуй меня и делай, как я сказал.
Она прижалась ко мне и заплакала.
- Не уходи! Я боюсь. Андрей, не уходи!
- Где менты? - опять спросил я.
- Их там уже целая бригада. Андрей - это за тобой?
- Иди в вагон,Рита. Не забудь дверь - это мое спасение.
Я оттолкнул ее, и она попятилась к вагону,а по ее щекам текли слезы, черные от косметики.Сам я пошел вдоль вагонов по ходу поезда. Потом остановился и закурил, прикрываясь от ветра, и мельком взглянул на ментов. Они разделились и брали меня в кольцо. Опер стоял у входа рядом с дежурным майором. Поезд уже тронулся, Ритин вагон был за моей спиной.Я ускорил шаг. До конца перрона было метров сорок, провожающие уже отошли от вагонов. Поезд набирал скорость,и я ускорял шаг. Потом обернулся, Рита стояла в дверях рядом с проводником. Их вагон приближался, но и сзади и чуть с боку. уже не скрываясь, ко мне бежали менты. Побежал и я. Вдоль уходящего состава. До конца перрона оставались считанные метры, когда вагон с Ритой в дверях меня догнал.
- Уходи! - кркнул я Рите и, схватившись за поручни, влетел в вагон, сбив и Риту и проводницу.
Они обе упали. Я устоял на ногах и выглянул из вагона. Менты суетились по перрону, а майор бежал к ним, что-то говоря по рации. "Все правильно. Он вызывает наряд в поезд".
Очухалась проводница.
- Ты чё, скаженный, стребаешь на ходу?
- Рита! - крикнул я. - Убери ее!
И Рита буквально затолкала бабу в проход и захлопнула дверь.
- Родная моя! Все хорошо. Если тебя возьмут, говори, что хочешь, но забудь Цандлера, а теперь иди в свое купе и переоденься, наштукатурься, может, пронесет. У них на тебя ничего нет, а твои документы в порядке. Если что, у тебя в чемодане лежат баксы - три штуки. Не жалей - откупись. Они, как волки, все хавают. Береги себя, моя зоренька, а я пошел.
Поезд набирал скорость, но я знал, что скоро, совсем скоро начнется заповедник и машинист скорость сбросит. "Кто быстрее - я или они?"
- Рита, иди в вагон, делай, что я сказал.
Она бросилась ко мне, обняла и крикнула, казалось на весь мир:
- Я буду ждать тебя всю жизнь!
Поезд уже шел через заповедник, но скорость его не уменьшалась, а наоборот - увеличивалась. "Как давно я ездил поездами. У этих козлов все по-другому. Надо прыгать. Вон за тем столбом, против хода, по встречному потоку. Все. Пора".
И я прыгнул. Подхваченный встречным потоком воздуха, я пролетел несколько метров и на долю мгновения увидел приближающуюся землю, черную, с пожухлой травой. А потом удар, боль в боку и в руке, а в ушах стук вагонных колес и крик Риты: "Андрей!"
И я встал, когда прошел мимо меня поледний вагон. С ладони капала кровь и очень сильно болело в боку. Сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее, почти бегом я ринулся в глубь заповедника. Это был край города. Ментам здесь охранять было нечего. Но есть рации, есть машины, и мне надо было скорее уходить.
Я уже бежал, несмотря на боль и кровь, что лилась по руке. "Бежать, бежать", - одна мысль сверлила мою голову. После заповедника я немного передохнул и только тогда с ужасом обнаружил, что моя кобура пуста. Расстегнул я ее, когда выходил на вокзале из машины вместе с Ритой. "Видимо, обронил ствол во время прыжка или когда бежал по заповеднику". Осталось только сожалеть. Минуту передохнув, я опять побежал, теперь через старый, уже не работающий завод. За его забором начинался поселок, а там еще немного - и дом Веры.