- А о каком положении ты говоришь и о чем это знает Федоров? Я могу знать, коль так скоро я твой муж?
- Володя, не стоит об этом. Это другие проблемы. Только мои.
- Нет, стоит. Мне не нужна жена с проблемами. Красивая - да. Умная - да. Добрая - да. Любимая - да, а с проблемами - нет.
- Тогда я не подхлжу. Во мне нет и половины тех качеств и достоинств, которые ты назвал.
- Я все же хочу знать все о семье, в которую ты меня вводишь. Если я тебя правильно понял, то вся проблема, если она существует, в этом. Женщины смотрят на мир под другим углом, возможно, и нет никаких проблем. Давай обсудим.
- Я бы не хотела начинать наши отношения с этого, - сказала Зоя.
- Если мы не решим это сейчас, то позже это будет труднее. Поверь мне.
- Собственно, ты прав. Мы, женщины, видим положение вещей немного иначе, нежели вы, мужчины. Моя семья - это мама и папа. Они оба пенсионеры. Отец болен и часто лежит в госпитале. Он отставник. Моя сестра Оля - студентка мединститута, но без стипендии. Я и моя дочь - Софья. Работаю я одна, так что потерять работу для меня непозволительная роскошь. Но и оставаться у Федорова я более не могу. Это и физическая, и моральная пытка. Суди сам - проблема это или нет?
- Нет. Потому что ты назвала не всех членов семьи. Далее звучит так: "Мой муж, Владимир, очень преуспевающий бизнесмен с уймой денег, которые он просто жаждает потратить". Теперь с этой точки взгляни на положение вещей.
Довольный своим ответом, я откинулся на спинку стула и улыбнулся.
- Это ли проблема?
- Я благодарна своему мужу Владимиру, преуспевающему бизнесмену, у которого уйма денег и которые он жаждет потратить, - в тон мне ответила Зоя, - но я, его жена Зоя, не желаю сидеть дома у него на шее. - И уже серьезно добавила: - Мы равны в любви - равны и в жизни. Да и мать с отцом не позволят мне тебя эксплуатировать, бизнесмен Володя.
Пока Зоя мне все это говорила, у меня мелькнула идея: "АБЦ".
- Ты позволишь мне позвонить?
- Конечно. Я подам телефон из гостиной через окно. Прими, пожалуйста.
Я позвонил Диме:
- Здорово, Дмитрий! Как твои дела? Как здоровье?
- Если тебе нужны мои знакомые депутаты Госдумы, то таковых у меня нет, - вместо приветствия ответил Дима.
- Нет, старик, депутатов у меня своих, как блох у собаки. Дело в другом. Ты помнишь наш разговор об "АБЦ"?
- О Цандлере? Помню, а что?
- Дима, узнай Бога ради, это место еще вакантно? У меня есть ну просто изумительный кандидат на это место - моя жена.
- Жена? Так она у тебя вроде как стюардесса, а нужен экономист.
- Стюардесса летает, а это экономист.
- Хорош друг. Втихаря женится, а Диме ни гу-гу.
- Старина, я сам час назад этого не знал. Не обижайся. Я буду в Москве через три дня вместе с Зоей - "поляна" с меня. О*кей.
- О*кей. А Цандлеру я позвоню сейчас же и все узнаю, тем более я с ним о тебе говорил. Перезвони мне через десяток минут.
Когда я положил трубку, Зоя спросила:
- Ты говорил о Цандлере? Я его знаю. Училась на его курсе в институте в Москве, и потом мы с ним встречались.
- Это просто великолепно. Ему нужен представитель его фирмы в нашем регионе. Я думаю, что своей студентке он не откажет.
- Если он меня помнит, - с сомнением сказала Зоя.
Я опять набрал московский номер.
- Старик. Звони сейчас же. Мы попали в самую точку. Место вакантно, но он завтра утром улетает в Швейцарию. Звони немедленно, он ждет.
И Дима назвал телефон Цандлера.
"Неужели удача?" - думал я, набирая телефон "АБЦ".
- Здравствуйте, Арнольд Брунович! Вас беспокоит Владимир Андреевич.
- Это не беспокойство, я жду вашего звонка. Правда, у меня мало времени и посему прошу кратко и внятно.
- Арнольд Брунович, я не совсем уверен, что это телефонная беседа. Вы сможете нас принять сегодня вечером? Если да, то мы немедленно вылетаем последним рейсом.
- Вы мне начинаете нравиться, молодой человек. Характеристика Дмитрия была точна. Что ж! Я жду. - И Арнольд Брунович назвал свой московский адрес. - Приезжайте прямо домой.Я собираюсь в командировку, но для вас время у меня найдется.
- Зоя, быстро собирайся, мы летим в Москву. Я вызываю свою машину.
- Как? Так все скоро? Я не готова.
- Зоинька! Милая! Мы теряем время. Ягодка моя, дело не терпит отлагательств. Нас ждет Цандлер.
В самолете она сказала: "С тобой, как на американских горках,- дух захватывает". Я наклонился к ней ближе и хотел ответить: "А над...", но она закрыла мне рот ладонью и прошептала: "Я поняла".