— Перелома нет. Для проверки годен. Дальше.
За следующим столом стульев не было. Коренастый солдат с рассечённым левым ухом даже не поднялся, лишь требовательно вытянул ладонь.
— Оружие.
Крис положил копьё поперёк исцарапанной доски. Солдат проверил затупленный наконечник, а затем медленно прокатил древко ладонью. Его огрубевшие пальцы предсказуемо запнулись о глубокие, рваные борозды у верхней трети — следы зубов жвальника, которые Крис так и не смог полностью зашлифовать. Солдат остановил движение. Впервые за всё утро он поднял на кандидата по-настоящему внимательный взгляд.
— Древко кто жевал?
— Жвальник, — ровно ответил Крис.
— Один отбивался? — солдат с сомнением скользнул взглядом по его не слишком широким плечам.
— Один. Ещё серяка брал.
Сидевший за его спиной десятник с медной пластиной на груди перестал перебирать дощечки и поднял голову.
— Насколько глубоко ходил?
Крис замялся. Признаваться армейским, что ночами он в обход стражи шастал за границу разрешенных секторов, было рискованно. Но промолчи он сейчас — и для них он останется просто сопляком, которому один раз повезло ткнуть копьем в тварь.
— В западном секторе, — сказал Крис. — Часа полтора-два хода за внешнюю линию развалин. Знаю спуски к старым водосборам и сеть служебных ходов под землей.
— Вслепую там бродил или отряд провести сможешь?
— Смогу. Там есть места, где пол просел, нужно знать швы, куда наступать. Десятник оперся локтями о стол и подался вперед.
— Всё сам туда лазил?
— Да.
— Значит так, герой, — голос десятника лязгнул, как металл по камню. — Прямо сейчас выкинь эту дурь из головы. Одиночка в руинах видит в два раза меньше, а дохнет в три раза чаще. Оступишься — спину прикрыть некому. Сгниешь там — мы даже не узнаем, в какой яме тебя искать.
— Я понимаю.
— Врешь, не понимаешь, — отрезал десятник. — В отряде за такие привычки выбивают зубы. Отметь ему западные проходы, — бросил он писарю. — Пройдёт дальше — бросим к местным проводникам на проверку.
Солдат с рассечённым ухом вернул Крису копьё. Писарь сделал несколько знаков, затем обвязал его левое запястье белым шнуром.
— Под навес. Жди практического испытания. Шнур не снимай, с площади не уходи. Захочешь «на минуту» отойти — сначала спросишь.
Крис встал у крайнего столба. Отсюда порядок стал яснее: людей с белыми шнурами собирали у свободного участка между повозками, красных держали у другого края навеса, тех, кто не прошёл, выводили за внешнюю верёвку.
Белый шнур ещё не означал, что Криса приняли, однако первый отсев остался позади: теперь ему предстояло показать копьё в работе.
Крис поискал взглядом знакомых. У дальнего оружейного стола задержали Вира. Солдат дольше обычного крутил в руках его потемневшее охотничье копьё, прощупывая старое древко и проверяя посадку втока. Вир ждал молча. Он стоял, чуть опустив ведущее плечо, и даже в этой бестолковой армейской толпе держался так, словно уже выверил дистанцию для боя и не собирался уступать ни пяди.
Когда писарь наконец повязал ему на запястье белый шнур, Вир направился под навес и заметил Криса. Взгляд охотника цепко скользнул по белому шнуру на чужой руке, поднялся к глазам, и Вир скупо, понимающе кивнул.
— Харн Галод. Семнадцать лет, — донеслось от первого стола.
Крис повернул голову.
Харн стоял в соседнем проходе с копьём у ноги. С их последней встречи черты его лица стали резче, плечи — массивнее, однако держался он по-прежнему: ровно, спокойно, с привычкой занимать место раньше, чем ему уступят.
Проверка слоя заняла меньше минуты.
— Шестой, — объявил мужчина в армейской рубахе.
Крис проследил, как Харна направили к оружейному столу. Там его задержали ненадолго: солдат осмотрел новое копьё, записал занятия с домашним наставником и деревенской стражей, после чего писарь выдал белый шнур.
Подойдя к навесу, Харн скользнул взглядом по ожидающим. Сначала посмотрел мимо Криса, затем вернулся и задержался на его лице.
— Крис?
— Да.
Харн подошёл ближе. На Криса он посмотрел только мельком, почти сразу опустив взгляд ниже — на белый шнур.
— Что ты здесь делаешь?
— Жду практической проверки.
— Под этим навесом?
— Меня сюда направили.
Харн ещё раз посмотрел на шнур.
— Да вижу я, куда тебя направили. Вопрос — почему.
— Потому что прошёл проверки.
— С каким слоем ты их прошёл?