Крис покачал головой, а внутри стало легко. Почти смешно.
Барт радовался громко, неуклюже, без всякой меры. И в этой радости не было ни жалости, ни осторожности, ни взрослого «ну вот, видишь». Просто друг радовался за него, будто это самая естественная вещь на свете, и радовался за двоих, потому что сам Крис пока не умел так широко и открыто выражать свои эмоции.
Ближе к вечеру он нашёл Эвена у книжного прилавка. Тот держал узкий свиток и читал так, будто рынок вокруг был не рынком, а чем-то временным, что скоро пройдёт.
— Эвен.
Тот поднял глаза и сразу отложил свиток.
— Я вчера взял четвёртый.
Эвен моргнул почти незаметно, потом кивнул.
— Хорошо.
Никакого Бартова гама, никакого крика, всего одно слово. И всё равно Крис почему-то был крайне признателен ему.
Эвен посмотрел на него внимательнее.
— Это уже не случайность.
Эвен сказал вслух именно то, что Крис сам с ночи крутил в голове.
— Я тоже об этом думал, — сказал Крис после короткой паузы. — После третьего слоя ещё можно было бы списать всё на что угодно. На камень или разовое везение. А теперь уже не выходит.
Эвен ещё немного смотрел на него, потом кивнул снова.
— Тогда главное теперь не начать дёргаться и совершать глупости от жадности.
Крис коротко усмехнулся.
— Поздно. Уже тянет.
— Я не про то, что тянет, — сказал Эвен. — Я про то, чтобы ты из-за этого не начал ломиться вперёд, где не надо.
Крис чуть опустил взгляд.
— Стараюсь не ломиться.
Эвен перевёл взгляд на свиток, потом опять на Криса.
— Ты вообще сейчас по-другому говоришь.
— Это как?
— Как человек, который уже не только надеется, а понемногу верит в себя.
Крис не сразу нашёлся, что ответить.
— Может быть, — сказал он наконец.
После этого говорить стало почти нечего, но тишина между ними уже не была пустой.
Домой он шёл медленно, не потому что устал, а потому что не хотел спешить. В кармане не было новых монет. За пазухой не было камня. Но внутри была новая ступень, и из-за этого дорога до дома казалась чуть короче, чем раньше, не потому что мир стал меньше, а потому что он сам перестал в нём быть таким маленьким.
Глава 16. Поле и новые слухи
Утреннюю перестановку Крис сначала не понял. Всё началось почти как обычно: поле, сухая земля, мотыги у межи, вода в бурдюке и Бартов голос ещё до того, как работа толком началась. Малое светило уже выбралось из пыльной дымки и краснило край неба, большое только поднималось следом. Воздух пока ещё можно было терпеть, хотя к полудню он наверняка станет тяжёлым.
Только у самой межи люди с утра говорили чуть тише и дольше, чем надо для обычной болтовни перед работой. Крис уловил обрывки, пока брал мотыгу: одно из семейств наняло четверых со стороны, те ушли в дальний сектор и не вернулись к ночи; кто-то клялся, что видел их уже на обратном пути, кто-то сразу спорил, что видел не их, а просто людей в пыли. Название семейства Крис не расслышал, да и не очень старался, но слово «четверо» всё равно зацепилось. Он сразу вспомнил далёкие силуэты между плитами и то, как вжимался тогда в камень, чтобы не попасться им на глаза.
Крис взял мотыгу и уже пошёл на своё привычное место, где стоял последние месяцы, когда Дарн негромко остановил его:
— Не туда.
Дарн стоял у межи, щурился от света и смотрел даже не на него, а на ряды.
— После Кима. До дальнего камня.
И всё. Ни объяснений, ни лишнего теперь, ни потому что.
Крис переставил мотыгу на плечо и пошёл туда, куда показал Дарн.
Только когда встал на отведённую ему полосу, Крис до конца понял, что произошло. Его не переставили поближе к сильным и не дали какой-то особый ряд. Просто прибавили земли. До дальнего камня обычно дотягивали старшие или те, кто уже не валился с ног к полудню. Значит, Дарн решил проверить, потянет ли он теперь такую норму.
Раньше Крис иногда смотрел на эти дальние полосы и думал, что разницы почти нет: земля та же, солнца те же, мотыга та же. Оказалось, разница была не в земле, а в том, сколько её тебе дали на день и что это говорит о твоём теле.
Это была не похвала, а тихая, рабочая отметка, почти незаметная.
Барт, конечно, заметил: повернул голову, посмотрел на Криса, потом на Дарна, потом снова на Криса. Ничего не сказал, только угол рта у него дёрнулся, и этого хватило.
Ким, на чью полосу теперь ориентировался Крис, только кивнул.
— Темп держи, — сказал он.
Ким сказал это не зло и не сверху, а просто как предупреждение человеку, которому дали больший кусок поля и теперь ждали не старания, а результата.