Всего миг, а потом Лим уже схватил того за рукав, Барт подставил плечо, и вместе они выдернули его обратно на твёрдое.
Мужик выругался, тяжело дыша.
— Цел?
— Цел.
Лим сплюнул в сторону.
— Смотри под ноги, а не на небо.
Горн, который подошёл на шум, коротко глянул на Криса.
— Нормально удержал.
И ушёл дальше, будто это была не похвала, а просто ещё одна отмеченная мелочь.
Но Крис всё равно запомнил эти слова. Не копьё в руках, не поединок, не руины — просто грязь, мешок с землёй и чужой вес, который не сшиб его с ног.
После этого он работал уже иначе. Не легче. Но ровнее. Как будто внутри наконец сошлись две отдельные вещи: то, что Дарн вбивал в стойке, и то, как тело должно жить в тяжёлой работе, когда всё идёт без красивых слов.
Вечером Горн отсчитал оплату у амбара. Крис получил меньше, чем когда работал в семейной доле. Не так мало, чтобы назвать грабежом, но достаточно, чтобы каждый медяк напоминал, кем он теперь числится.
Он взял деньги.
— Завтра? — спросил Горн.
— Приду.
Затем и Барт получил свои, сунул в карман и пошёл рядом, не спрашивая.
У края поля, на низкой стенке у старой межи, сидел Эвен. Рядом лежали свёрток в листьях и маленький глиняный кувшин. В руках у него, конечно, была книга. Он читал, пока они подходили, будто оказался здесь случайно и просто выбрал не самое удобное место.
— Ты чего тут? — спросил Барт первым.
— Сижу.
— Это видно.
Эвен закрыл книгу пальцем, чтобы не потерять место.
— Принёс поесть, — сказал он.
Барт покосился на свёрток.
— Кому именно?
— Крису, — спокойно ответил Эвен.
Крис посмотрел на свёрток.
— Не надо было.
— Надо, — сказал Эвен. — Ты с утра хоть что-нибудь кроме пары ложек каши ел?
Крис не ответил.
Эвен кивнул, как будто ответ был получен.
— Значит, надо.
Барт посмотрел сначала на Эвена, потом на Криса.
— Я, между прочим, тоже с поля.
— Тебя я потом тоже покормлю, — сказал Эвен. — Но ты хотя бы не выглядишь так, будто сейчас мотыгу сожрёшь.
Барт хмыкнул.
— Ладно. Это уже звучит справедливо.
Эвен протянул свёрток Крису. Внутри была лепёшка с сыром и зеленью, уже остывшая, но пахла так, что желудок сразу болезненно сжался. Крис только теперь понял, что с утра и правда прожил на двух ложках каши.
— Спасибо, — сказал он.
Эвен пожал плечом.
— Мать утром напекла с запасом. Я и прихватил парочку.
— Она знает?
— Нет. Но если узнает, переживёт.
Эвен всё-таки отломил ему кусок, и на этом спор закончился. Некоторое время они просто ели, глядя на поле, которое медленно темнело под уходящими светилами. Отцовское оно было, городское или уже вовсе ничьё, с виду земля от этого не менялась: те же борозды, те же камни у межи, та же сухая полоска у дальнего края.
Bарт доел первым, вытер ладонь о штанину и кивнул на книгу у Эвена под локтем.
— Ты её ведь не просто так приволок.
— Не просто так, — согласился Эвен.
Барт немного помолчал, потом спросил:
— Всё про ту же армию?
— Про то, что у человека может быть больше одного пути, — сказал Эвен.
Барт пожал плечами.
— Ну а если не армия, то можно же и попроще. В ученики к кому-нибудь. К кузнецу, например. Или к аптекарю. Крис у обоих на глазах постоянно мелькает.
Крис покосился на него.
— Думаешь, они меня просто так возьмут?
— Не знаю, — честно сказал Барт. — Но это хоть что-то.
Эвен покачал головой.
— В ученики тоже не берут с улицы только потому, что ты примелькался. За это обычно платят. Или дом платит. Или ты несколько лет работаешь почти даром, пока в тебя вообще начнут вкладывать время. У кузнеца железо, уголь, инструмент. У аптекаря травы, посуда, место. Это дорого.
Барт скривился.
— У вас что ни возьми, всё в деньги упирается.
— Потому что так и есть, — спокойно сказал Эвен.
Крис молчал. Про кузню он и сам думал, но думал так, как думают о тёплом доме зимой: хорошо бы, только это не про тебя.
Барт глянул сначала на Эвена, потом на Криса.
— А вы вообще кем хотели бы стать, если по-честному?
Эвен хмыкнул.
— Вот уж разговор под конец дня.
— Нормальный разговор, — буркнул Барт. — А то с вами посидишь, и кажется, будто вы оба уже старыми родились.
Он сам первым и ответил:
— Я бы, если честно, хотел когда-нибудь поступить в Академию. Не уездную какую-нибудь, а в одной из Столиц. А там, может, и дальше пробиться, в такие места, про которые у нас только треплются по пьяни. Хоть на один из Венцов глянуть изнутри. А если не выйдет, так я всё равно здесь не застряну. Хоть в наёмники пойду, хоть в обозную охрану, хоть ещё куда попроще. Но мир я всё равно повидаю, это точно.