Несчастный дошел до перекрестка и повернул за угол, преследователи ускорились. Ан последовал за ними. Завернув за угол. Ан даже не сразу нашел охотников. Серых, почти незаметных преследователей.
Если полицейские могли сомневаться, то Ант, уловив мысли охотников, был лишен всяких сомнений. Двое серых пингов выполняли заказ на уничтожение разумного. Анту снова удалось настроится на их мысли. Он не знал, что делать дальше. Жертва шла, скорее тащилась, по оживленной улице, она уже ничего не выкрикивала, не махала своими длинными узловатыми руками, убийцы не отставали. Они не приближались к ней, но расстояние было таково, что одного выстрела было бы достаточно, чтобы оборвать нелепую жизнь. Преследователи ждали, когда жертва отойдет подальше от полицейского участка и появится подходящий отрезок дороги, с которого можно будет сбежать в проходные дворы. Они уже решили, что стрелять придется на оживленной дороге, и теперь искали пути отхода.
Следить за двумя преследователями было сложно, мешали прохожие, то одного то другого Ант терял, и если бы не их схожее раздражение друг другом, их общее недовольство, то синхронный контроль был бы невозможен. Но созвучные мысли позволяли слышать их обоих. И их созвучность позволяла раскачивать общие эмоции. Раздражение, возмущение, обида, еще большее раздражение. Один из них мысленно навел оружие на другого, ему захотелось пристрелить напарника. Он взглянул на напарника, их разделяла улица, довольно широкая, но напарник увидел во взгляде угрозу. Ах ты сволочь! — метнулось мысль в его голове.
Никогда еще Ант не отдавал такого приказа. А тут приказ, нарушающий установки подчиненных, даже еще не подчиненных, а просто наблюдаемых, приказ, захварывающий двоих. Приказ, который все чувства превратил в желание убить обидчика, убить, не думая о последствиях, не видя препятствий, сейчас и только сейчас. Раздалось два хлопка, кто-то закричал.
Жертва оглянулась, она увидела валяющихся в лужах крови его преследователей. На таком расстоянии даже дилетанты бы не промахнулись, а за ними, почти в конце улицы оседающего на дорогу разумного. Эльфин, к такой расе принадлежала жертва, увидел остекленевший взгляд падающего человека, и понял то, что не ясно было многим, но понятно было эльфину, и понятно стало бы полицейским — маг, его, эльфина, спас маг. Эльфин, не обращая более внимание на лежащих в крови убийц, на кричащих свидетелей, на полицейских выскакивающих из-за угла, кинулся к оседающему разумному. Он подхватил мага, помог ему встать, и потащил того, малопонимающего что-либо в какую-то дверь. Им повезло, эта дверь была не заперта и вела во двор, проходной двор! Маг шатался, ноги его заплетались, но он уже не падал и Эльфин его протащил через двор. С другой стороны, двор заканчивался аркой, ведущий в парк. Там эльвин усадил мага на скамейку и сел рядом. Ант приходил в себя. В приказ он вложил слишком много сил. Приказ двоим, слишком резкий, слишком странный, но ему подчинились. Но вот, что было потом, Ант помнил весьма смутно. Никогда еще он не вкладывал столько сил в свой приказ. Так и помереть можно.
— Маг, ты спас меня, я спас тебя, — проговорил эрвин, — но ты рисковал, а я нет. Полицейские не поймут, что был маг. Маги встречаются редко. Полицейские не поверят, что Маг спас эрвина. Но ты зря рисковал.
— Почему? — пробормотал Ант.
— Заказ на меня остался. Будут другие убийцы. Они меня найдут — обреченно почти прошептал эрвин, — идем, а то вдруг кто-то нас заметил. Они поднялись со скамейки и побрели в глубь парка.
— Я прилетел с Онфиса — возбужденно проговорил эрвин, он снова взмахнул руками, — потратил 300 эльвов (Ант были не известны такие деньги), но они нашли меня здесь. Поверь, мой контракт был без смерти.
Анту стало интересно, что за контракт, что за заказ.
Элвин ничего не скрывал, но говорил сумбурно и очень эмоционально. Ант с удивлением узнал, что в некоторых случаях элвинов можно убивать, они воскрешаются, через некоторое время, с некоторой потерей памяти. Эрвин забывает почти все, что предшествовало смерти, может забыть два или три дня, а может забыть и несколько месяцев. Если требуется основательно почистить память элвину, то его убивают несколько раз. Если убийства следуют один за другим, то после третьего убийства элвин точно не будет помнить события за 3 месяца. А пять убийств затирают годовую память. Кроме потери памяти элвин теряет квалификацию, уровни.