– Это ужасно, – прошипел он.
– Все не так уж и плохо, – негромко ответил я. – Никакого карантина.
Однако эти слова варвара не успокоили.
– А что, если Лисутарида умрет?
– Вряд ли в ее смерти обвинят тебя.
– А разве они не могут этого сделать? Ведь я же не заявил о болезни Каби. А обязан был.
Я сказал ему, что он может расслабиться.
– Заместитель консула поручил все это дело мне.
– Что ты понимаешь в целительстве?
– Прямо скажем – не много, – честно признался я. – Но для выздоровления надо всего лишь регулярно давать им то травяное пойло, которое приготовила Чиаракс. Необходимо вливать его в глотки пациентов и ждать, когда они поправятся. Не слишком трудно. Я всегда подозревал, что эти лекари производят много шума из ничего. Возможно, это позволяет им вздувать свои гонорары.
Я сказал Гурду, что «Секира мщения» может существенно выиграть после того, как Лисутарида поднимется с ложа болезни.
– Не исключено, что среди наших чародеев пройдет слух, будто твоя таверна – прекрасное место, а чародеи – не дураки выпить. Во время своего сборища, в котором я, как тебе известно, принимал участие, они пили так, словно от этого зависела их жизнь.
Волшебники и маги весьма редко демонстрируют умеренность. Будь то алкоголь, «диво» или, как показывает опыт Лисутариды, фазис, чародеи часто доходят до крайностей.
К нам подошла Макри с уставленным пустыми кружками подносом.
– Где ты собираешься спать? – спросила она.
– В комнате для гостей, – ответил я. – Где же еще?
– Не выйдет: там остановилась Мулифи.
Это печальное обстоятельство совершенно выпало из моей памяти. Теперь я понятия не имел, где проведу ночь. Макри объявила, что будет спать на полу рядом с Лисутаридой.
– И кто же так решил?
– Я. Это – моя работа. Я ее телохранительница.
До меня вдруг дошло, что дела обстоят довольно скверно. Макри намерена дрыхнуть на полу в моей спальне. Где те счастливые годы, когда ко мне лишь изредка заглядывали потерявшие надежду клиенты? Теперь же у меня не осталось места спокойно насладиться пивом.
– Похоже, тебе придется пустить меня к себе, – сказал я Гурду. – Это напомнит нам о тех временах, когда мы с тобой ютились в одной палатке.
Но Гурд почему-то смутился.
– Это будет немного… э…
Не закончив фразы, Гурд вдруг вспомнил, что ему надо протереть дальний конец стойки бара. Он поспешно удалился и принялся отчаянно водить тряпкой по дереву.
– Что это с ним? – недоуменно спросил я.
– Ты не сможешь остаться в его комнате, – с жалостью глядя на меня, ответила Макри. – Там уже поселилась Танроз. Ты что, не знал?
– Конечно, не знал. И давно?
– После того, как он попросил ее руки.
Ничего больше я придумать не мог.
– Может, лечь на полу за стойкой? – задумчиво протянул я.
– Если хочешь спать на полу, то почему бы тебе не улечься в своем кабинете?
– Спать под одной крышей с мастером-убийцей?! – возмутился я. – Ни за что!
– Между вами может возникнуть близость, – не унималась Макри. – Тебе давно следовало бы обзавестись дамой-компаньонкой. Вот посмотри, даже Гурд уже не один.
Из дверей кухни появилась Танроз с подносом разнообразной выпечки.
– Как ты думаешь, Танроз, не пора ли Фраксу обзавестись женщиной? – громко спросила Макри.
– Совершенно определенно, – подхватила Танроз. – Я постоянно твержу, что ему пора остепениться.
– Конечно, Ханама маловата ростом, поэтому тебе придется быть с ней осторожным…
Не желая выслушивать новые издевательства, я схватил миску рагу – увы, без ямса – и ретировался в самый дальний угол зала. Там, усевшись напротив огня, я слушал, как наемники врут о своих боевых подвигах. Я размышлял о «Творце бурь» и закопанном золоте. Смогу ли я на этих делах зашибить уже в ближайшее время деньгу? Передо мной был трудный выбор. В итоге я решил уже на следующий день заняться обоими делами, а там видно будет.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
На следующее утро я вышел из дома так рано, что застал первую доставку пива. Я сразу узнал крупного рыжего мужчину, катающего в подвал бочки.
– С чего это ты вдруг связался с фургоном, Партулакс? – спросил я его.
Партулакс не работал на фургоне уже несколько лет, сделавшись чиновником Гильдии перевозчиков. С тех пор он большую часть времени торчал в кабинете, распределяя работу и составляя контракты.
– Нехватка возниц, – ответил Партулакс. – Большую часть членов Гильдии призвали на войну. Парень, который возил вам пиво, сидит в Саду.