Я до сих пор не уверен, что дельфины обладают даром речи, хотя Дандильон уверяет, что способна с ними общаться,
Макри достала палочку фазиса и запалила ее, сложив ладони ковшиком, чтобы случайный порыв ветра не погасил спичку. Спички стоят дорого, тратить их понапрасну не следует. Будь я сносным магом, то без труда зажег бы фазис без всяких спичек. Но поскольку я таковым не являюсь, то и огонь зажигать не умею. Я тоже достал палочку и прикурил у Макри.
– Ты как-нибудь мог бы дать мне попробовать тот фазис, что подарила тебе Лисутарида, – недовольно произнесла Макри.
– А разве она не поделилась с тобой своей роскошной травкой? – спросил я. – Ведь ты как-никак ее телохранительница.
– Нет. С какой стати она будет со мной делиться? Лисутарида не хочет, чтобы ее телохранительница была под кайфом. Кроме того, ты мог бы дать мне попробовать и особого пива. Скажи, почему ты такой скаредный, когда речь заходит о твоем добре?
Я сделал попытку объяснить ей ситуацию.
– Привычка, как мне кажется. Ты же знаешь, что такое округ Двенадцати морей. Он кишит кровососами.
К этому времени мы добрались до небольшой калитки в стене. Она вела к окружающим порт скалам. Отсюда можно было легко пройти к песчаному берегу. Во время национального кризиса стражник не имеет права выпускать кого-либо за черту города, но на сей раз на страже находился старый обитатель округа Двенадцати морей – человек, которого я знал всю свою жизнь. Я сунул ему в ладонь медяк, и он пропустил нас в калитку. Когда мы проходили мимо него, стражник блудливо ухмылялся, видимо, решив, что я отправился поразвлечься с девкой.
– Весьма тревожно, что какая-то крошечная подачка позволила нам выйти из города, – заметила Макри, когда мы начали карабкаться по скалам.
– Думаю, что с орков он возьмет больше, – сказал я и спросил: – А ты уверена, что Дандильон здесь?
– Когда она чем-то расстроена, то всегда идет к дельфинам, – ответила Макри. Немного помолчав, она встревоженно спросила: – Как ты думаешь, не стоит ли нам извиниться за то, что мы ее обидели?
– Не знаю.
– Извиняться будешь ты, – решительно заявила она. – Я не могу, у меня это никогда не получается.
Я чувствовал усталость. На меня, видимо, подействовали фазис и необходимость ползать по скалам. Макри легко перепрыгивала с камня на камень, а я, давно утратив прежнюю живость, пыхтя, старался изо всех сил не плюхнуться в ледяную лужу. В конце концов нам удалось добраться до песчаной полосы.
– Не могу поверить в то, что отправился беседовать с дельфинами, – пробормотал я. – Уже во второй раз.
Поселившиеся в заливе дельфины пользуются в Турае большой популярностью. Считается, что они приносят удачу. Что касается меня, то мне они никакой удачи не принесли. Впрочем, и неприятностей они мне тоже не причиняли. Как бы то ни было, но я даже готов погладить одного из них по головке, если это принесет мне удачу за карточным столом.
– Вот она, – сказала Макри.
Я всмотрелся во тьму, но ничего не заметил. Эльфские глаза Макри видели в темноте гораздо лучше, чем мои, и мы прошли довольно много, прежде чем я углядел силуэт молодой женщины, стоящей у самой кромки воды. Когда мы подошли, она повернулась на пятках. Я поднял волшебный освещальник так, чтобы свет упал на лицо Дандильон. Мне показалось, что она все еще плачет, и я тут же почувствовал себя довольно скверно. Макри предательски отступила на шаг, вынуждая меня разруливать ситуацию.
– Привет, Дандильон. Ну как? Хорошо поболтала с… этими… ну, с дельфинами?
Дандильон ничего не ответила. Вид у нее был несчастный, как у ниожской шлюхи, а может, и того хуже.
– Мы с Макри подумали, что ты сможешь нам помочь…
Дандильон молчала, и я начинал ощущать свое бессилие.
– Прости, что мы довели тебя до слез. Но согласись… ведь это был всего лишь небольшой спор. Это же постоянно происходит в тавернах – особенно в округе Двенадцати морей. Если ты думаешь, что в «Секире мщения» плохая обстановка, загляни в «Русалку». Там постоянно обнажают мечи. Там каждый день убивают людей. Послушай, мы ведь вовсе не собирались тебя убивать. Но ты же не можешь требовать, чтобы мы с Макри следили за каждым своим шагом, чтобы тебя не огорчать. Что ты, дьявол тебя побери, от нас ждешь?! Не можем же мы все время шляться на море и сочинять поэмы про дельфинов. Некоторым из нас приходится работать. Я хочу сказать, что тебя, Дандильон, вряд ли можно считать полностью нормальной.